Две недели в начале лета. Глава 1.

ГЛАВА 1. Как всё начиналось.

Этот год как-то с самого начала не задался. Сразу после новогодних праздников от меня ушла жена. К весне наметились проблемы с работой, а к началу лета я вообще остался без неё. Да, зря я подался в эту коммерцию. Вроде не плохо учился в архитектурном, работай себе по специальности да и всё, нет же, там мало платят, все занимаются бизнесом и мне надо. В общем с бизнесом не срослось, и я стал искать работу по специальности. В 39 лет снова молодой специалист — та еще перспектива. Доходов пока не было, а деньги нужны, тем более ремонт надо заканчивать. Я затеял ремонт в своей трёшке, доставшейся мне от родителей, еще ранней весной. Захотелось чего-то оригинального, я сам составил проект, нанял работников, и потихоньку делал ремонт. А как работы не стало, призадумался, кое-что сократил из проекта, но все равно деньги нужны были чтоб закончить хотя бы те комнаты, что уже были начаты.

Решил обратиться к своей старой знакомой Ирине, занять у неё немного денег. Раньше она со своими родителями жила в соседней квартире, родители дружили, а она иногда забирала меня со школы и я сидел у них, дожидаясь своих. Она была на 4 года старше меня, хорошо знала всю мою семью, и у нас были доверительные отношения. Приехал к ней под вечер, она обрадовалась моему визиту и сразу отчитала, что давно у неё не был, потерялся. Мы стали пить чай и я ей рассказал всё что со мной произошло за последние полгода. Ирина посочувствовала и рассказала про своё житье-бытье. Она оказывается тоже ушла с прежней работы и сейчас работает преподавателем в частной студии изобразительного искусства при одном культурном центре. Ну мы еще поболтали немного, и я решился попросить у неё 5000 рублей. Ирина немного замешкалась.

— Мда, ситуация конечно не очень, — сказала она после небольшой паузы. Понимаешь, я же немного зарабатываю. Веду студию по несколько часов в день. Директриса платит не богато, фактически около 4х я и получаю.

— Понятно, — расстроившись произнес я. Ну да, конечно я тебя понимаю. Ладно, обращусь к кому-нибудь другому. Может друг Геныч поможет.

Видно было, что она сочувствует мне и тоже расстроилась, что не может помочь. Она сидела и мешала ложечкой чай. Какая-то неприятная тишина сразу повисла в воздухе, и я хотел уже уйти.

— Дим, подожди. Ну знаешь, — вдруг сказала она. Деньги у меня в настоящий момент есть, но они не мои. Директриса выделила мне 4000 на поиск и подбор натуры.

Я не понял, что она имеет в виду под выражением поиск натуры, и просто кивнул головой. Ирина оценивающе посмотрела на меня, затем попросила подняться и еще раз оглядела мою фигуру.

— Что? – не понял я. во мне что-то не так?

— Да, нет, думаю в тебе всё так. Слушай, пяти у меня нет, но две ты можешь заработать.

— Да? Здорово! Я уже почти согласен. А что делать надо?

Ирина рассмеялась.

— Да фактически ничего. Всего лишь надо два часа в день, 4 дня побыть у меня в студии мужской натурой. Ну как? Деньги я тебе могу хоть сейчас дать, знаю что не обманешь.

— Мужской натурой, это как? – не понял я.

— Ну, я подыскиваю мужчину и женщину, для того чтобы они обнаженными попозировали моим ученикам. Директриса выделила мне 4 тысячи рублей. Ну вот, половинка тебе, а вторая половинка на женскую натуру. Понятно? Ну, что скажешь?

Я честно говоря был немного в шоке. Деньги нужны были, да и работа вроде легкая, но как переступить через себя? Я в этом плане очень стеснительный. Даже в мужские бани не ходил, не хотел показываться перед мужиками, а здесь специально стоять чтоб на тебя глазели, может и смеялись, да еще и наверняка там и женщины будут. Как-то это все не укладывалось у меня в голове.

— А кто у тебя ученики? – подумав спросил я.

— Ну разные есть. У нас две группы по пять и шесть человек, есть пара в возрасте, есть твои ровесники, есть молодежь, девушки и парни, но все взрослые, школьников нет. Некоторые занимаются для поступления в художественную школу, другие так для себя ходят.

— Мда, — замялся я. И как это всё будет происходить?

— Ой, да ладно тебе, — улыбнулась она. Застеснялся. Ну ты ж не подросток, взрослый мужчина уже. Не урод, не кривой, чего тебе стесняться. Это ж обычное дело, ничего здесь зазорного нет, это для искусства. Директриса дала мне телефон одного дядечки, военного, сказала, что он часто в прежние годы ходил, даже говорит, с удовольствием. Я ему один раз звонила, но пока не дозвонилась. Ну что? А то его буду искать?

— Хм… Ну давай попробуем, — наконец согласился я.

— Да, нормально всё будет, — сказала Ирина и пошла в коридор за сумочкой.

Она отсчитала 2 тысячи и отдала мне.

— Тогда, послезавтра я тебя жду, — посмотрев расписание в своей записной книжке, сказала она. Ты знаешь ДК на Сторожевского? Вот мы там. Приходи к двум часам, я тебя встречу.

Ирина еще раз оглядела меня.

— И это. Ты побрейся гладенько, колючки свои сбрей, постригись, искупайся, дезодоратиком подушись. Хорошо?

— Чё, слишком вонючий? – пошутил я.

— Ну нет. Просто когда человек без одежды, какой-то аромат собственного тела да и исходит от него. Не всем и не всегда это приятно. Ну, просто приведи себя в порядочек. А так у тебя с физическими данными всё в порядке.

— Хорошо, хорошо, — ответил я.

На этом мы распрощались, и я уехал домой готовится, так сказать, морально и физически. И уже через день я был у ДК.

**********

ДК этот раньше был Домом Пионеров и я в него ходил еще в детстве, в фотокружок. Здание с того времени преобразилось. Красного потрескавшегося кирпича уже не было видно, его покрывали современные серебристые панели. Окна тоже заменили, кругом сиял белый пластик. Я поднялся по ступенькам ко входу двухэтажного здания. По бокам красовались таблички и проспекты с названиями студий, расположившиеся в нем. «Курсы игры на гитаре», «Курсы косметологов», «Гадания на таро», «Детский хор», чего там только не было! А вот увидел витиеватые буквы «Изо Студия» на одной из табличек, и надпись что ведет эту студию моя знакомая Ирина Александровна Б. , 2й этаж, комната 3. Я зашел в фойе, но Ирины не увидел, и решил поднялся на второй этаж. Ирина уже ждала меня в фойе второго этажа.

— Молодец, ты вовремя, — сказала она. Я спускалась тебя встретить, а ты уже здесь.

Ирина улыбалась, и казалось, светилась от такого радостного события – моего прихода. А меня честно говоря било мелкой дрожью. Она начала меня бить еще при выезде из дома, и чем ближе я приближался к ДК, тем больше меня потряхивало. Мне даже скулы получалось с трудом разжать, чтобы что-то сказать. Я с натяжкой улыбался.

— Ну пошли, — сказала Ирина и сама пошла впереди. Почти все ученики уже собрались.

Мы прошли в конец коридора и зашли в небольшую комнату-студию. Там сидели на стульчиках несколько человек, они переговаривались друг с другом и готовили свои мольберты.

— Ребята, — радостно сообщила Ирина. Всё в силе! Сегодня будем писать обнаженную натуру. Мужскую натуру, — на этом она сделала особенный акцент.

Ирина проводила меня за ширму.

— Ну что? Всё в порядке. Раздевайся, и мы ждем тебя на подиуме, — сказала она и вышла в комнату.

Легко сказать — «Раздевайся!»- подумал я. Я конечно стал снимать одежду, но мандраж во мне всё возрастал. Ужас какой! – думал я. Что я делаю?!

И вот я уже стою голый, и от людей меня отделяет только небольшая ширма, за пределы которой мне сейчас предстоит выйти. Но отступать уже некуда. Оглядев себя сверху вниз и выдохнув, я выглянул из-за ширмы.

— Ира, — негромко позвал я, поймав взгляд моей знакомой.

— Ну, выходи, выходи, — сказала она. Мы тебя ждем. Учебный час уже идет.

Я вышел из-за ширмы и пошел к подиуму. Подиум это собственно небольшое возвышение из двух ступенек и круглой небольшой площадкой, сооруженные специально для этого кабинета. Позади этого подиума импровизированная бордовая портьера с желтой бахрамой.

У меня всё скукожилось внутри и снаружи. Я подошел и встал на указанное место. Ирина встала рядом.

— Ну, вот ребята, это наша сегодняшняя модель, натура мужского обнаженного тела — сказала она. Его зовут Дима.

— Здравствуй Дима, — нестройным хором поздоровались со мной ученики.

— Эх, лучше б женского, — произнес кто-то из учеников.

— Будет вам и женская модель, — ответила ему Ирина. А настоящему художнику важно строение любого человеческого тела. Микельанжело, Леонардо, Рубенс, Тициан начинали писать обнаженную натуру именно с мужских тел.

Еще несколько минут Ирина читала лекцию по культуре обнаженного тела в изобразительном искусстве, и только потом занялась мной.

— Так, давайте придадим нашей модели какую-нибудь позу в стиле например греческого бога, и начнем писать.

Она спустилась с подиума и оценивающе осмотрела меня.

— Правую ногу чуть вперед. Подбородок направо и чуть вверх. Так. Левую руку на бедро, а правую немного в сторону.

Я послушно выполнил. Ирина с нескрываемым удовольствием руководила мной.

— И для большей достоверности наденем ему вот это, — она достала откуда-то пластиковый типа лавровый венок и одела его мне на голову.

— Вот так, — наконец сказала она. Ребята, сегодня пишем в графике. На следующем занятии будем писать в красках. Итак.

Ирина поставила заранее подготовленный мольберт сбоку от меня, так чтобы он был виден и ученикам, и начала рисовать.

— В графике нужна четкость линий. Поэтому, первое что мы делаем чертим еле заметную центральную вертикальную линию и определяем высоту объекта. Вот. Это будет его рост. Далее определяем соотношение горизонтальных размеров, это у нас плечи и бедра. С помощью карандаша наглаз определяем пропорции, и чертим две горизонтальных линии. Далее начинаем прорисовывать…

Пока Ирина объясняла азы графики, я рассматривал учеников. Два юнца и две девчонки, вероятно из тех что подготавливались к поступлению в учебные учреждения изобразительного искусства, сидели парочками во втором ряду от подиума. Прыщавый длинноволосый пацан всё время сосал край карандаша и что-то нашептывал сидящей рядом девушке. В первом ряду, прям передо мной, сидела небольшого роста женщина в круглых очках. На вид ей было за 50, она с открытым ртом слушала преподавателя и очень внимательно разглядывала меня. Для неё я действительно был арт-моделью, чего не сказать про молодежь, они совсем другими глазами смотрели на меня. Улыбка не сходила с их физиономий на протяжении всей лекции, и они уж точно смотрели на меня не как на модель, а как просто на голого мужика. Тем временем Ирина закончила свою вводную часть и отошла на задний план. В заднем ряду были еще два стула с мольбертами, и она села на один из них. Она смотрела оттуда на холсты учеников и на меня. А я стоял задеревеневший в неподвижной позе, внутри у меня всё сжалось, да и не только внутри. Мои мужские органы съежились в комок как после ледяной воды. Я представлял что сейчас видят все кто смотрит на меня. В общем ужас. Скорей бы всё кончилось, — только об этом и думал я.

— Дима, а ты можешь шевелится, — заметив мое напряжение, сказала Ирина. Не обязательно застывать, так ты долго не выстоишь. Можешь на время менять позу, слегка переминаться, но конечно возвращаться в исходное положение.

Я кивнул головой. В этот момент открылась дверь и вошла женщина. С ней была маленькая девочка.

— Ой! – первое что произнесла она, увидев меня. Извините, задержалась. Дочку не с кем было оставить.

— Здравствуйте, Марина, — сказала негромко Ира. Да, мы уже начали. Но ничего, садитесь, готовьтесь, а я вам подскажу с чего начинать. У нас сегодня мужская натура, графика.

— Ага, я уже заметила, — улыбнувшись, ответила та. Сейчас.

Женщина стала шуршать бумагой, закрепляя её на мольберте, и усаживать дочь. Ирина уступила ей стул, и женщина посадила девочку спиной к подиуму, но та никак не хотела так сидеть и постоянно вертелась.

Я был повернут вправо и не видел толком лица женщины, но голос её мне показался очень знакомым. Сомнения не давали мне покоя и я все таки повернулся и посмотрел на неё.

Ёма-ё! Да, так и есть, это Маринка из моего класса, — подумал я. Ну надо же так меня угораздило, так облажаться! Что она здесь делает вообще? Это девушка за которой я ухаживал последние два года в школе. У меня еще больше всё сжалось от напряжения и стыда. Я чувствовал, как краска заливает мне шею и щеки и хотелось провалится под пол. Но делать было нечего и я опять отвернулся и принял прежнюю позу. Я только боковым зрением мог улавливать что там делает она. Марина тем временем приступила к рисованию и Ирина ей стала тихонько что-то пояснять.

Тут еще женщина, сидевшая в первом ряду, то и дело стала вставать, подходить ко мне вплотную и разглядывать то что ей хотелось. Это еще больше вгоняло меня в краску.

— Людмила Владимировна, что вы там всё так скрупулёзно рассматриваете? – заметила Ирина. Не вгоняйте нашу модель в смущение.

— Ну, то что у него между ног, — честно призналась та. Писюн и другие причиндалы. Уж больно плохо видно.

— Людмила Владимировна, это половой член. Мы взрослые люди, называйте всё своими именами.

— Ну да, член. Только мелковат что-то, что аж потерялся среди зарослей.

Среди молодежи послышался смешок.

— Рисуйте как есть, так, как вы это видите. Не надо сильно деталей.

Всё, подумал я, этот день закончится и больше не приду. Отдам деньги, извинюсь, но с меня хватит этого позора. Где-нибудь перезайму лишь бы больше не испытывать всего этого. А время как назло тянулось медленно.

Дверь в класс открылась и вошла высокая женщина.

— Здравствуйте ребята, здравствуйте Ирина Александровна, — вполголоса сказала она.

— Добрый день, Алла Сергеевна, — ответила Ира.

— О, вы нашли мужчину-натурщика? – взглянув на меня, сказала она. Хорошо, хорошо.

— Ребята, перерыв 15 минут, — сказала Ирина. Дима, можешь передохнуть.

Я с облегчением выдохнул и пройдя за ширму плюхнулся в кресло.

Но тут же следом зашли и Ирина с этой женщиной.

— Это наша директриса Алла Сергеевна, — представила Ирина.

— Здравствуйте. Дима, — ответил я.

На ней была светло-серая блузка и юбка-карандаш, а на глазах узкие прямоугольные очки, от этого её вид казался очень строгим.

Она оценивающе оглядела меня.

— И сколько? – спросила она Ирину.

— Две тысячи, — ответила та. Сейчас мужскую натуру найти сложно. Все стесняются мужчины.

— Да? А Виктора Сергеевичу звонила?

— Да, конечно, много раз, но трубку не берет, ни днем ни вечером.

— Жалко. Он бы и за меньшую сумму согласился, а то и вообще бесплатно прибежал бы, — засмеялась она. Ну да ладно. Но я думаю полторы это максимум что мы можем дать.

— Ну как же, Алла Сергеевна, я ведь уже договорилась с человеком, — обиженно посмотрела на неё Ирина. Ему деньги очень нужны, поэтому он и согласился, а так бы и не пошел. Он не профессиональный натурщик, просто человек вошел в положение. Он нам поможет, а мы ему.

Директриса посмотрела на Ирину, потом на меня.

— Ну ладно, две так две, — улыбнулась она. Получишь все деньги за эти дни, только еще небольшую работу выполнишь для нас.

— Какую еще?! – возмутился было я.

— Ничего делать не придется. Разве что полежать пару часов. Два часа – пятьсот рублей. Не плохо же, а? Даже я такими темпами не зарабатываю!

Мне опять ничего не оставалось как согласится. Директриса ушла, а Ирина только пожала плечами как бы говоря «ну ты извини, если чё».

Время перерыва закончилось, и я опять взошел на свой подиум и принял ту же позу. Ученики сели за мольберты и продолжили своё рисование. Ирина тихонько вышла, сказав, что скоро вернется. Всё шло тихо и спокойно, только пение хора из соседнего класса нарушало тишину кабинета, и меня даже немного отпустило. Я посматривал на увлеченных рисованием людей, переминался с ноги на ногу, и ждал окончание часа.

Моей однокласснице Марине видимо уже надоело дергать дочку, чтоб та смирно сидела, и девочка уже свободно разгуливала по классу, заглядывая в рисунки учеников. Иногда она подходила и ко мне, и с любопытством разглядывала «что там у дяди такое непонятное». Я тогда подмигивал ей, и делал рожи, и девочка в ответ хихикала и показывала язык. А что оставалось делать? Не прикрываться же каждый раз, или отгонять её. Вот она подошла к маме и что-то шепнула ей на ухо. Та взяла её за руку и они вышли из кабинета. Дверь осталась открытой и я увидел, что Марина с дочкой направились в туалет.

Вдруг послышался шум-гам и топот ног. Тишину нашего урока нарушили ученики с хорового пения, которые выбежали на перерыв. Десяток пацанов и девчонок бегали и громко разговаривали как в школе на перемене. Я стоял напротив и мне виден был весь коридор, по которому носились ученики. Я их видел, и заметил, что некоторые из ребят тоже обратили на меня внимание. Они начали заглядывать в класс, сначала один, потом другой. Всё происходило очень быстро, и через пару минут я был уже в центре внимания всех находившихся в коридоре. Они даже забыли свои игры и ходили и показывали друг дружке на меня и весело обсуждали.

Я опять напрягся. Этого мне еще не хватало! Влезла еще такая мысль, что мы все по сути из одного района, и наверняка из этой толпы кто-то живет и в моем дворе. Увидят и всё, будут потом пальцем показывать при каждой встрече.

Через пару минут вернулась Ирина, разогнала толпу и закрыла дверь. А ученики из моей студии даже и не поняли, и ухом не повели чтобы закрыть дверь. А может кто и понял, да и специально не пошел закрывать. Для них же это прикольно.

Потом вернулись и Марина с дочкой.

Через какое-то время Ирина обошла класс и осмотрела работы.

— Очень хорошо. Отмечу работу Людмилы Владимировны. Не даром она так внимательно разглядывала нашу модель.

И потом, посмотрев на часы объявила, что на сегодня занятия окончены.

— Послезавтра будем рисовать красками, — добавила она. Приносите акварель, а кто пожелает может масляные приносить.

Ученики стали собираться и я с облегчением пошел за ширму. Один день закончился, подумал я и стал одеваться. Ирина попрощалась с учениками и подошла ко мне.

— Ну чё, как ты? Всё нормально? – виновато спросила она.

— Сейчас уже да, — ответил я. А так вообще кошмар честно говоря.

— Ну не переживай. Всё нормально. Завтра то придешь?

— Да приду конечно, Ир. Раз обещал, то приду.

— Хорошо. Спасибо тебе. А слушай, послезавтра к Алле Сергеевне?

— Да, помню, Ирина Александровна! Приду, приду.

Я попрощался с Ириной и вышел из здания. Тут я заметил, что Марина с дочкой стоят неподалеку от ДК. Не знаю, узнала она меня или нет, подумал я. Не очень хотелось встречаться с ней при таких обстоятельствах. Надеясь, что она меня не узнала, я решил спокойно пройти мимо и пошел. Но не тут то было. Только я поравнялся с ними, Марина окликнула меня.

— Эй, Димка, привет. Ты не узнал меня что-ли? – Марина с улыбкой смотрела на меня.

— О, привет! Марин это ты? – глупо улыбаясь ответил я.

— Ну я конечно. Что, сильно изменилась?

— Нет, это я просто весь в своих мыслях шел, — попытался отмазаться я.

Марина рассмеялась.

— Никогда бы не подумала увидеть тебя здесь. Ты же такой застенчивый был мальчик. Ты давно натурщиком работаешь?

— Да нет, просто Ирине помогал. Попросила на четыре дня. Я тебя тоже не ожидал увидеть здесь. Как у тебя дела, чем занимаешься, вижу у тебя дочка уже?

— Да, дочка. Это моя младшая, а старшей уже 15! А у тебя что на личном фронте?

— Да, — отмахнулся я. Всё сложно!

— Ну понятно. А я после школы закончила Политех, потом сразу вышла замуж, потом родила. Так как то. И с тех пор толком не работала.

— А что так? А за кем замужем?

— Замуж за Димку Саломатина вышла, ты его знаешь. На класс старше нас учился. Он же с молодости бизнесмен был. Вот и пошел так по жизни. Бизнес развивается, он в нем целиком, и не хочет чтоб я работала. А мне вот скучно стало, вот хожу на разные курсы да детей воспитываю. К рисованию у меня с детства тяга была, я же не плохо и раньше рисовала, а сейчас вот решила к Ире походить, повысить так сказать свое мастерство.

— Мда… ну здорово! Многим на зависть твоя жизнь сложилась, да?

— Да, наверное. Но это только с виду так. На самом деле скучно.

Тут к нам подъехала машина. И из окошка выглянул мордастый мужик.

— Ну ладно, рада была тебя увидеть! – сказала Марина. Это за нами. Надеюсь увидимся еще?

— Да, обязательно. Послезавтра встретимся!

Марина улыбнулась краешками губ и они сели в машину. Машина отъехала и, я проводив их взглядом, поплелся к себе домой.

День был конечно сумбурный, стрессовый, и во многом негативный. Но встреча и разговор со своей юношеской любовью стер весь негатив, и я шел домой весь в воспоминаниях о нашей молодости и предвкушением следующей встречи.

Прислано: Дамио