Доктор-Манипулятор или Моя весёлая клиника

Хрупенькая, худенькая, невысокого роста девушка, весело шагала по одной из центральных оживлённых улиц столицы. Весело перепрыгивая через весенние лужицы, она с улыбкой смотрела в лица многочисленных прохожих. Две её чёрные косички забавно прыгали по бокам головы, простенькая сумочка в руке болталась в такт шагам, девушка подставляла лицо тёплому весеннему солнцу…

Адель приехала в Москву из средней Азии. Работать. В отличии от многих её соотечественниц, её уже ждало относительно неплохое местечко и должность — официантка в кафе. Для людей её положения — это очень неплохо. Дело оставалось за малым — получить медицинскую справку.

Девушка повернула в проулок и быстрее запрыгала к маячившему впереди трёхэтажному кирпичному зданию, именно здесь находилась хорошая частная клиника, которую ей посоветовали подружки. Дескать, там всем без проблем выдают справки, почти что не проверяют и ни на что не смотрят.

С трудом открыв тяжёлую дверь, уцепившись за ручку двумя худенькими ручонками, Адель выдохнула и юркнула внутрь.

* * *

Меня зовут Петров Пётр Петрович, и я работаю терапевтом в клинике «Справка плюс», я тут главный. Я не главврач и даже не основатель, я просто терапевт. И я решаю, кто получит медицинскую справку для разрешения на работу, а кто не получит и размазывая по лицу слёзы, а иногда и сопли, уйдёт прочь. Так что на мне замыкается всё.

Основные наши клиенты — молодые люди из средней Азии и бывших союзных республик, девушки и парни. Бывают и не молодые, но редко. Как правило, я всем ставлю в карточке штампик «Годен/Годна», мне не жалко. Если нет никаких особых отклонений — почему бы и нет, правда, иногда, бывает, и режу, но редко, только если у меня очень плохое настроение.

Так умилительно наблюдать радостные, восторженные улыбки новых гастарбайтеров и гастарбайтерш, как они сбивчиво благодарят, выбегают из кабинета, что-нибудь забывают, возвращаются, опять забывают…

Вот и сейчас начало рабочего дня, а у меня уже новый посетитель, я слышу осторожный стук в дверь…

— Да, да, войдите! — серьёзно произнёс я, поудобнее устроившись в кресле.

В дверном проёме показалась девичья головка с двумя чёрными косичками.

— Разрешите? — тихо промолвила головка.

— Да, да, конечно, проходите, присаживайтесь — радушно ответил я, чуть привстав с кресла.

Я умею работать с клиентами, даже специальные курсы заканчивал.

Девушка зашла в кабинет и робко присела на стул напротив меня. Положила на стол передо мной свою карту, а ручки и сумочку устроила на коленках. Видеть её руки мне мешал край стола, но, наверное, от волнения, она кажется, начала играть тоненькими пальчиками. Мне очень хотелось увидеть её пальцы, есть ли обручальное кольцо или нет? Для меня это имеет какой-то сакральный смысл. Ничего страшного, увижу чуть позже. Она чуть опустила голову, пытаясь смотреть в одну точку, кажется, на карту.

— Ну-с, и что тут у нас? — я взял карту и открыл её на нужной странице, не забыв одарить девушку улыбкой доброго доктора.

— Я прошла всех специалистов, теперь вот к вам… — тихо, но слышно ответила будущая работница города Москвы, а может быть и не будущая и вовсе не работница, это мы ещё посмотрим.

Так, имя — Адель, фамилия, отчество… Возраст — двадцать лет, место рождения — город Душанбе, всё как всегда, похоже и обычно, не обычно только то, что эта самая Адель, в отличии от её соплеменниц, мне даже как-то и понравилась.

Ровные, приятные черты лица, чёрные глаза, но не абсолютно круглые и не раскосые, а как у нас, у европейцев, маленький, но аккуратненький ротик, носик не с выступающими в стороны ноздрями, и не крошечных размеров, а вполне себе аккуратный. И голос не отрывистый, а даже немного мелодичный, говорит — как песню поёт, и по-русски чешет хорошо, чисто.

Я оторвался от карты и внимательно посмотрел на девушку. Адель покраснела, ещё ниже опустила голову, уставившись на свои ладони.

— Так-с, вроде бы всё неплохо, оснований отказать вам в выдаче справки я не вижу… — с умным видом я листал карту, задерживая взгляд на некоторых деталях.

Девушка начала сиять и улыбаться, показывая мне ровные, прямые белые зубы.

— Хотя… Подождите-ка, вот это мне не нравится: хирург и анализ мочи. Наверное это просто ошибка, но надо проверить — вдруг, задумчиво произнёс я.

Улыбка исчезла с лица Адель, глаза, за длинными чёрными ресницами, потускнели.

Конечно, у такой молодой и здоровой девушки всё практически идеально, но я не люблю просто так отпускать пациентов, особенно таких красивых девушек.

Стыдно признаться, но я ощутил сладкую истому в брюках, со мною такое случается не часто, особенно от одних лишь мыслей, всё-же я уже не мaльчик.

— У вас проблема с хирургом и с анализом мочи — повторил я, — Надо перепроверить.

— Мне надо их перепройти? — расстроено спросила Адель, моргая глазами.

— Нет, нет, не надо — ласково ответил я, — Мы всё решим здесь.

— А-а, я поняла! — радостно выдохнула девушка и полезла в сумочку.

— Да что вы себе позволяете! — грозно возмутился я, привставая с кресла, поправляя полы белого халата, — Как вам не стыдно, гражданка?! — я слегка ударил по столу кулаком.

Лицо девушки поменяло цвет с красного на белый и обратно, она раздавлена и разбита, я подумал о том, лишь бы она не сорвалась с места и в панике не убежала.

Я сделал вид, что успокаиваюсь и вновь уселся в кресло.

— Я специалист широкой практики, да и отклонения незначительные, я сам всё проверю и подправлю результаты, если они ошибочные — теперь она будет воспринимать всё как надо мне.

— А как же анализ мочи? — девушка восстановила способность соображать.

— Всё очень просто — я достал из ящика стола запечатанный пакетик с пластиковой баночкой и положил на стол.

— Ну, а как я буду… собирать анализы и как вы успеете их быстро… изучить? — девушка покраснела и замялась.

— Возьмёте баночку, пойдёте с нею в туалет… Ну а дальше сами знаете как — мягко проговорил я, пытаясь не улыбаться и не допускать в голос посторонних ноток.

— А изучение анализа мочи займёт не более пяти-десяти минут, у нас есть экспресс-метод.

— Но я… Я совсем не хочу писать — чуть слышно пробормотала Адель, заливаясь краской.

— Это всё поправимо — успокоил я её, встал из-за стола, подошёл к кулеру и набрал полный стакан холодной воды.

Вернулся к столу и подал девушке стакан.

— Вы выпейте сейчас, потом чуть позже ещё и наверное ещё — правой, чуть подрагивающей рукой, Адель взяла стакан и принялась старательно пить.

Я опустился в кресло и, когда девушка допила воду и, робко поблагодарив меня, спрятала руку на коленях, я вспомнил, что опять забыл посмотреть на её пальцы правой руки.

Ну что-ж, пришла пора пожинать плоды моих умелых подготовок.

— Заприте, пожалуйста, дверь — попросил я Адель.

Девушка встала и сама закрыла дверь на задвижку, вернулась и вновь села передо мной.

— Адель, покажите мне, пожалуйста свои ладони, мне надо убедиться в том, что на вашей коже нет никаких дефектов — деловито произнёс я, приподнимая над столом свои кисти.

Девушка подняла свои ладони с коленок или вытащила их из между коленок и, не зная, что точно надо делать и как, начала протягивать их мне. Я подвигал своими пальцами и протянул ладони к ней. Адель протянула мне свои кисти, пальцами вперёд, ладонями вверх. Я взял её ладони за пальцы и развернул.

— Ногти вроде бы ухоженные, наверное, в своей жизни хоть раз да делала маникюр, а руки подавать правильно не умеет, глупендра — с улыбкой подумал я, делая вид, что внимательно изучаю кожу.

Никаких колец на пальцах нет, для пущей убедительности я развёл их и взглянул на перепонки. У неё тёплая приятная кожа, хоть девушка и волнуется, но ладони не потеют. Мне очень захотелось, чтобы её ладошки обхватили мой член и хорошенько с ним поиграли. Но… нельзя! Я же доктор, а не хрен вам знает кто!

— Всё хорошо — я отпустил её руки, — Считайте, что и дерматолога вы прошли, которого у нас пока ещё нет — полушутливо, полусерьёзно сказал я.

Дерматолога у нас и правда нет, да он нам и не нужен, сами справимся. Всего лишь сраные справки выписываем, к тому-же не за бесплатно.

— Так, теперь приступим к процедурам, которые относятся непосредственно к моей компетенции — серьёзно объявил я, отодвигая в сторону карту.

— Пожалуйста, снимите рубашку и ложитесь на кушетку.

Девушка встала и чуть отошла от стола. Одета она в цветастую рубашку с длинным рукавом, белые джинсы. На ногах туфельки с небольшим каблуком. Адель смущённо повернулась ко мне боком и расстегнула верхнюю пуговицу.

— Если вам будет так удобнее — можете отвернуться — подсказал я ей, а сам вытащил из кармана халата телефон, с заранее подготовленным режимом широкоформатной съёмки, включил запись и поставил телефон в стакан с карандашами и ручками, маскируя его писчими принадлежностями, выбрал оптимальный ракурс.

Адель сняла рубашку, и держа её в руках, стоя спиной ко мне, заозиралась по сторонам, ища место, куда можно положить.

— Я вам сейчас помогу! — воскликнул я, вскакивая с кресла и обходя стол.

Сделав шаг в сторону девушки, я изобразил, будто бы запнулся — почти-что сбил с ног девчонку, но успел обхватить её руками за живот, за грудь и прижать к себе. Моя левая ладонь скользнула по её гладкому животу, правая — сжала правую грудку под белым лифчиком. Всё это произошло очень быстро, но ярко.

— Ой, простите, я такой неловкий — воскликнул я, вновь обхватывая девушку за плечи, и забрал у неё рубашку.

— Всё в порядке — девушка сжалась, присела и принялась расстёгивать туфельки.

— Обувь не снимайте, прямо так ложитесь на кушетку, на спину — успокоил я её, а сам с рубашкой направился к своему креслу, на ходу поднёс её к носу и быстро вдохнул запах.

Пахло духами и ещё чем-то возбуждающим. Я повесил рубашку на спинку своего кресла и незаметно повернул стакан с телефоном в сторону кушетки.

Адель уже лежала на кушетке на спине, руки пытались быть вытянутыми вдоль туловища, но безрезультатно. Я подошёл поближе и рассмотрел её тело с головы и до ступней. Меня, как терапевта, должен интересовать один лишь живот, но мне просто необходимо рассмотреть девушку всю.

Чёрные косички разметались в стороны, личико ровное, глаза стараются смотреть в потолок, точёные бровки, шейка, аккуратные грудки под белым лифчиком, которые я скоро увижу и даже потрогаю, животик, который потрогаю прямо сейчас.

А тоненькие ручки, ручки с заметными чёрными волосинками, это сводит с ума, а что-же тогда найду я там? У меня начала кружиться голова…

И на животе я, вдруг, заметил чуть видимые чёрные волоски, идущие чуть заметной дорожкой от пупка и ниже…

Но самое интересное спрятано за белыми джинсами, там я тоже буду, но чуть позже.

Я положил ладони девушке на солнечное сплетение и слегка нажал.

— Больно? — участливо поинтересовался я.

Адель чуть заметно помотала головой.

Не отнимая ладоней от кожи, я передвинул их к животу и нажал чуть сильнее, переведя взгляд на лицо девушки.

И снова отрицательный ответ.

Также, по коже, я повёл ладони ниже, закрыл глаза, и чуть заметная волосяная полосочка волнующе защекотала мои пальцы. Остановился я перед самым началом её джинсов. Открыл глаза и снова нажал.

— Чуть-чуть больно — произнесла девушка, вдохнув.

— Это из-за желания скоро сходить в туалет — ответил я, задышав чуть тяжелее.

Я отнял руки и как бы случайно, на долю секунды, на всю длину просунул мизинец за границу джинсов девушки. Мизинец натолкнулся и прошёл через плотную, но в той-же степени, мягкую и приятную волосистую преграду.

Я распрямился и, отворачиваясь от кушетки, поправил полы халата. Ей не надо видеть ничего лишнего.

— Можете вставать — бросил я, подойдя к кулеру, и налил второй стакан воды.

Наполнив стакан водой, я обернулся и увидел Адель, стоящую в нерешительности возле моего рабочего места, в желании взять свою рубашку со спинки моего кресла.

— Нет, нет, нет, одеваться пока ещё рано — я подошёл к девушке и подал ей стакан, — Вот, выпейте ещё.

Девушка взяла стакан и поднесла его к губам. Пила она медленно, ей совсем не хотелось пить, но я ей внушил, что так надо. Три капельки воды упали с края стакана и устремились вниз, на грудь, поползли по коже и спрятались в ложбинке между грудями.

Я буквально увидел, как вода по её пищеводу попала в желудок, затем, практически не задерживаясь, ибо чистая, из почек по мочеточнику переместилась в мочевой пузырь… Он уже и без того увеличен, скоро ей будет невтерпёж…

Девушка допила, её розовые губки заблестели от воды, поблагодарив, она отдала мне стакан. Стакан я бросил в корзинку возле кулера.

— Пожалуйста, присаживайтесь на стул — я сделал приглашающий жест рукой.

Адель присела, чуть заметно поводив голенькими плечиками.

Я достал тонометр, который со стрелкой. Она ничего не поймёт, а я и не собирался показывать ей реальные показания.

— Нет, прошу прощения, не так — я сделал шаг к стулу и приподнял девушку за плечи. Моя левая ладонь опять же, как бы случайно, скользнула по груди девушки.

— Вот сюда — я поставил стул поближе к своему креслу, рукой за спиной повернул стакан в сторону стула.

— Присаживайтесь.

Девушка села на стул, а я бросил взгляд сверху вниз на её груди в лифчике. Занял своё кресло, обернул жгут выше девушкиного локтя и принялся нагнетать давление в жгут. Артериальное давление выше нормы, но учитывая её состояние, это нормально. Пульс тоже превышен.

Я освободил руку девушки, посмотрел ей в лицо. Она подняла на меня испуганные глаза.

— Давление и пульс значительно выше нормы. Это нехорошо — серьёзно произнёс я, убирая тонометр в ящик стола.

— И что-же делать? — Адель чуть не заплакала.

— Нужно пощупать левую и правую аорту — безапелляционно изрёк я.

Девушка согласно кивнула.

Теперь я уже мог нести ей любую околесицу и делать практически любые вещи, совершенно абсурдные с медицинской точки зрения. Девушка была в моей власти.

— Снимите, пожалуйста, лифчик — не терпящим возражения тоном, сказал я ей.

— Это обязательно нужно? — чуть слышно прошептала Адель.

— Гражданочка, ну если я говорю что нужно, значит нужно — я начал додавливать остатки её воли.

Отвернув лицо в сторону, девушка закинула руки за спину и расстегнула замочек. На её щеках вновь заиграли пунцовые пятна. Белый лифчик сиротливо упал девушке на коленки, а она так и сидела, с опущенными вниз руками, повернув лицо в сторону.

— Так, я пока положу его сюда — я протянул руку, взял лиф и перекинул его через спинку своего кресла, поверх рубашки.

Груди у неё изумительные, прям такие, какие мне и нравятся. Не слишком крупные, но и далеко не первый номер, аппетитные бутончики с красивыми ровными сосками, в окружении тёмных ореолов. Ореолы и соски смотрят чуть в стороны, относительно друг друга, эффектно выделяясь на фоне относительно белых молочных желёз.

Я протянул левую руку и тремя пальцами осторожно чуть приподнял правую грудь, большим пальцем осторожно, и почти не таясь, провёл по соску. специально для .оrg А тремя пальцами правой руки прикоснулся к её коже под приподнятой грудью. Я держал и ждал, делая сосредоточенное лицо. Девушка продолжала смотреть в сторону.

— Так, хорошо, а теперь надо послушать левую аорту — со знанием дела заявил я.

То же самое я произвёл и с левой грудью, Адель даже не поменяла положения головы.

— Так-с, с аортами всё в порядке — закончил я.

— Я могу одеваться? — чуть слышно произнесла девушка, опустив голову, наивно считая, что это конец.

— Конечно же нет, осмотр только начинается — со всей серьёзностью ответил я ей.

— Но вы же терапевт… — Адель попыталась слабо сопротивляться, смотря на свои колени.

— Вот именно, я — терапевт! — я добавил в свой голос стальных ноток, — И поэтому я не могу выдать вам справку, пока полностью не буду убеждён хотя бы в удовлетворительном состоянии вашего здоровья — чуть мягче закончил я.

— Нужно ещё много чего проверить… — заключил я, раскрывая карту.

— Это чего?! — девушка вскинула на меня расширенные, испуганные глаза.

— Так, гражданка, помимо вас у меня ещё очень много пациентов, поэтому, пожалуйста, давайте побыстрее закончим — выпалил я и откинулся на спинку кресла.

— Раздевайтесь до трусов и вставайте в центре кабинета, я сейчас дам вам коврик — я заглянул под стол, вытащив небольшой квадратный коврик, вышел на середину кабинета и положил коврик на пол, — Прошу!

Адель встала со стула и, даже не прикрывая груди, на негнущихся ногах, поплелась ко мне. Быстрым шагом, я направился к своему столу, проходя мимо девушки, ощутил чуть заметный ветерок от её косичек. Подойдя к своему столу, я вновь поменял положение стакана. Сел в кресло и взял в руки карту.

В нашей клинике пациенты ходят к специалистам одного с ними пола. Так у нас принято. Тот факт, что девушку осматривает мужчина, то есть я, придаёт моему мероприятию особенный, ни с чем не сравнимый вкус. А то, что вообще осматривает — сносит голову.

Девушка подошла к коврику, присела, повернувшись спиной ко мне, расстегнула застёжки туфелек, разулась и встала на ковёр. Зажужжала молнией, оголив ровные, крепкие бёдра, присела, высвободилась из джинсов. Джинсы перекинула через согнутую в локте левую руку, изогнувшись, правой рукой стащила носочки. Чуть обернулась, словно прося помощи.

Я подошёл к ней не спеша, принял её одёжку, отнёс и положил на сиденье своего кресла. Вернулся и унёс туфельки. Адель стояла не шелохнувшись. На всякий случай повернувшись к девушке спиной, я вытащил телефон из стакана и засунул его под полы своего белого медицинского халата, где на уровне груди у меня был пришит особый внутренний кармашек. Приладил объектив в прорезь для пуговицы.

Подошёл к пациентке и с наслаждением её оглядел. Чистая, молодая светлая кожа, без шрамов и дефектов. Тонкие ручки, как две тростиночки, свисают вниз, белые трусики наполовину прикрывают упругие, крутые ягодицы, края трусёшек по диагонали уходят куда-то вниз, под её сладкие «булочки». Я начал уже сомневаться, надёжно ли маскирует меня мой белый халат.

— Ну-с, сейчас я проверю вас на наличие или отсутствие плоскостопия и на искривление позвоночника. Поднимите и покажите мне, пожалуйста, левую ступню.

Адель встала на правую ногу, а левую приподняла и оттянула ступню вверх. Левой рукой я взял ступню за пальцы, а правой провёл по верхней стороне ступни, по щиколотке и до середины голени. Кожа её была мягкая и свежая, как паутинка, ножки она брить не забывала. Я был немного раздосадован, так хотелось ощутить под ладонью хотя бы чуть заметное покалывание молодой, здоровой поросли этой сказочной, и такой беззащитной азиаточки.

Девушка начала терять равновесие, смешно запрыгав на одной ноге. Держа левой рукой пальчики её ножки, правую я положил на её шею, проведя ладонью по плечу.

— Осторожнее — я отпустил её ногу, — Плоскостопия у вас нет.

Двумя большими пальцами провёл по ямочке позвоночника, гладя бока девушки остальными пальцами обеих рук.

— И с позвоночником всё хорошо — я сделал шаг назад.

— Повернитесь ко мне лицом — велел я.

Девушка повиновалась, повернулась. Тоненькие пальчики сжались в кулачки. Грудь смешно подпрыгнула, пальцы ног вжались в ковёр. Трусики скрывали промежность и… и всё, никаких волосков по краям. Мне это не понравилось.

— Наклонитесь вперёд и коснитесь пальцами пола — потребовал, уже потребовал я.

Адель наклонилась, вытянула пальцы, но до пола не достала.

— Тянитесь, тянитесь! — приказал я, — Вы же молодая ещё совсем! — прогремел я.

Вдруг девушка ойкнула, распрямилась и схватилась за живот.

— Хорошо, третий стакан воды пить не придётся — заметил я и велел девушке вновь повернуться ко мне спиной.

— Спустите трусики до колен.

Мой голос прозвучал для неё как гром среди ясного неба. Она не двигалась, я молчал. Я молчал, она не двигалась. Наконец, Адель ухватилась за резинку трусов и потянула вниз. Мне открылась её попа, такая крепенькая и упругая, словно орешек, две половинки которого разделяла ровная канавка.

— Трусики снимите, иначе можете запнуться — я присел перед её попой на одно колено, помогая окончательно избавиться от опасного элемента одежды, скользя взглядом по ложбинке между её ягодицами. На левой ягодице я заметил небольшую коричневую родинку.

— Родинки могут привести к раку кожи — я чуть ковырнул родинку пальцем, — Будет в ваших же интересах, если я произведу дополнительный осмотр — осторожно проговорил я.

— Нет, нет, не надо… — зашептала девушка, замотав головой, дёргая косичками.

— Доктор здесь я — спокойно ответил «доктор», вставая на ноги и убирая девичьи трусики в карман белого халата.

— Наклонитесь вперёд и раздвиньте руками ягодицы.

Девушка нагнулась, чуть разведя ягодицы пальчиками.

— Сильнее! — пророкотал я.

Девушка, заплакав, со всей силы растянула ягодицы пальцами.

Моему взору открылись нижние края половых губ, в окружении чёрных, густых лобковых волос и тёмненькое колечко ануса, вокруг которого тоже были чернявенькие, но реденькие волосинки.

— Стойте так, не двигайтесь — предупредил я, отошёл к стеклянному шкафу, достал и одел резиновые медицинские перчатки.

— Я должен убедиться в отсутствии геморроя — предупредил я, вновь вставая на одно колено перед разведённой попкой девушки.

Я приблизил указательный палец к её тёмному кружочку…

Если отбросить в сторону врачебную этику, я не сделал ничего такого, что выходило бы за рамки моих полномочий, за исключением некоторых моментов. Я не хотел физически мучить девушку, причинять ей боль или явное унижение, мне это и не надо. Она сама всё делала за меня, ведь я — Доктор-Манипулятор.

Я приблизил указательный палец к её тёмному кружочку, проверил, смотрит-ли куда надо «прорезь для пуговицы», и сделал пальцем характерный жест, словно бы я хочу им проникнуть внутрь её попки. Девушка продолжала всхлипывать.

— Адель, не плачьте, всё хорошо — успокоил я её, — Геморроя у вас нет.

Я осторожно убрал её пальцы с попы и сам обхватил ягодицы девушки.

— Можете поворачиваться.

— Поворачиваться?! — выдохнула Адель.

— Ну да, а что вас смущает? Вы думаете, я в первый раз вижу девушку в таком виде? — успокоил я её голосом доброго папы.

Продолжая шмыгать носом, девушка стала оборачиваться, я помогал ей руками. Прямо перед моим лицом возник лобок девушки, заросший густыми, чёрными волосами, волос было очень много, но лишь в границах трусиков. Волосы, волосы и половые губы в волосах. Мне придётся потрудиться, чтобы добраться до самого её сокровенного.

Я покосился на свою волшебную прорезь для пуговицы, всё было нормально.

Левой рукой я придержал Адель за попу, я правой слегка надавил чуть выше лобка.

— Что вы чувствуете… — начал я.

— Я больше не могу терпеть — прошептала девушка, сводя ножки, из её глаз вновь полились слёзы.

Несколько капелек мочи спустились по её зарослям и капнули мне на колено.

— Скорее! — я резко распрямился и потащил девку к своему столу.

— Лезьте на стол! — скомандовал я, толкая её ягодицы.

Адель ревела в голос, закидывая колено на стол. Я схватил пакет, разорвал, вытащил баночку и открутил крышку. Девушка уже сидела на столе, разведя колени в сторону. На поверхности стола уже была нешуточных размеров лужица. Разведя пальцами волосы и половые губы, смотря сбоку через девкино бедро, я поднёс банку почти вплотную к

уретре и поймал оптимальный угол. Словно из автомата с газировкой, мощная струя почти белой, чистой мочи, со свистом и шипением, ринулась в банку, за пару секунд наполнив её почти до краёв.

— Стоп! — крикнул я, ставя банку на край, закрывая ладонью в перчатке всю её промежность.

Тоненькие фонтанчики брызнули в стороны, попав мне в лицо.

— Зажмись и держи! — я кинулся в угол кабинета, предвкушая, какую уникальную съёмку я сделаю, и вытащив из тумбочки таз, ринулся обратно.

Приладил таз между трясущимися ногами девушки.

— Спускай — хрипло выдохнул я, всё-же во мне умер великий актёр.

Продолжая истерично реветь, азиатка наполнила таз на одну четверть, прежде чем поток её мочи сошёл на нет.

Я вытащил из-под девушки таз с мочой, подошёл к окну и вылил содержимое таза наружу. Окна моего кабинета выходили на заросший сорняками заброшенный пустырь. Поставив в угол тазик, я вытащил из шкафа белое полотенце и подошёл к рыдающей, сидящей на корточках на столе, девушке. Подойдя сзади, я старательно протёр полотенцем всю её мокренькую промежность, не забыв вытереть и внутренние стороны бёдер. Отложил полотенце, придерживая Адель за спину и живот, помог спуститься со стола. Закрыв лицо руками, девушка мелко подрагивала.

— Вы пока присаживайтесь на кушетку, а я наведу порядок — по отечески проговорил я.

Как во сне, девица засеменила к кушетке, не отнимаю рук от лица, а я принялся протирать свой стол полотенцем, вытащил из кармана халата трусики — и протёр насухо.

Адель сидела на кушетке, плотно сведя ноги, раскачиваясь вперёд-назад. Продолжая играть роль настоящего доктора и вешать ей лапшу на уши, я взял баночку с мочой в руку, поднял её и посмотрел на свет.

— Красных анти-тел нет, гемофлоронанотоксомикротинов я тоже не наблюдаю, плотность в норме. Поздравляю, вы — абсолютно здоровая двадцатилетняя девушка! — заключил я с ободряющей улыбкой.

Адель постаралась улыбнуться сквозь слёзы, но не смогла, я забросил мокрое полотенце и мокрые трусики в таз в углу и подошёл к кушетке.

— И последнее, я должен визуально осмотреть ваши половые органы и взять мазок из анального отверстия — меня смущает ваша родинка на попе.

— Это обязательно надо делать? — Адель жалобно взглянула на меня снизу вверх.

— Обязательно, с чего начнём? — я дал ей право выбора.

— С… с осмотра… — ответила она.

— Хорошо, садитесь ближе к стене и разведите ноги в стороны — я отошёл к шкафу, снял старые и одел новые резиновые перчатки.

Вернулся, Адель облокотилась спиной на стену, развела в стороны аккуратные коленки. Ладошками упёрлась в кушетку по бокам от себя. Её густые чёрные волосы разошлись в сторону, обнажив роскошную красноту нутра. Клиторочек, как мордочка крошечного зверька, стыдливо и осторожно смотрел прямо на меня.

Я приблизился вплотную к кушетке, пальцами правой руки развёл в стороны половые губы, а пальцами левой осторожно приоткрыл вход во влагалище и заглянул. Моему взору открылась розовенькая девственная плева, с крохотной дырочкой посередине.

— Вы девственница — заключил я, поднимая взгляд на её лицо.

— Да — чуть слышно ответила девушка, чуть отворачиваясь.

— Вы знаете, вам не надо затягивать с дефлорацией — произнёс я, продолжая держать её влагалище открытым, чуть подвинув пальцы, я убедился, что прорезь для пуговицы моего халата смотрит точно туда, куда и положено, — По данным последних исследований, лишаться девственности желательно до двадцати двух-двадцати трёх лет, понимаете?

Адель согласно кивнула.

— И не увлекайтесь этим — я слегка дотронулся пальцем до её клитора, — Иначе рискуете стать фригидной, вы знаете что это такое?

Девушка подумала и чуть заметно кивнула.

— Хорошо — я убрал руки, — Переворачивайтесь и вставайте на колени, ноги пошире.

Я вновь подошёл к шкафчику, открыл стеклянную дверцу, вытащил из стаканчика ватную палочку и капнул на неё из флакончика каплю глицерина. Взял прямоугольное стёклышко и со всем этим вернулся к кушетке.

Адель стояла на широко расставленных коленях, головой упираясь в стену. Ступни с розовыми пяточками она держала на весу.

— Так-с, это быстро и совсем не больно — произнёс я, разводя пальцами ягодицы девушки.

Поводил ватной палочкой по краям ануса и совсем чуть-чуть просунул её внутрь. Девушка чуть вскрикнула и слегка дёрнулась.

— Вот и всё — я вытащил из её попки палочку со слегка коричневатой ваткой на конце, — Всё сделано.

Помазал стёклышко палочкой, подошёл к окну, и даже не стал делать вид, что делаю всё правильно, не стал готовить материал для изучения его под микроскопом, просто посмотрел на свет.

— Яиц глистов я не вижу! А ещё я не вижу признаков наличия в вашем организме клеток метастазов, значит рак вам не грозит — я обернулся на Адель.

Адель сидела на кушетке, подняв коленки к подбородку, обхватив их ручками и мелко дрожала, смотря прямо перед собой.

— Хотите посмотреть? — предложил я и показал ей стёклышко.

Девушка даже не повернула головы и ничего не ответила.

Я бросил стёклышко в ведро, туда же отправил и перчатки, взял со своего кресла девушкину одежду, туфельки, подошёл к кушетке и кучей всё сложил перед ней.

— Можете одеваться — устало произнёс я, усаживаясь в кресло.

Взял карту в руки, открыл на нужной странице, достал из ящика стола печать, чуть подышал на неё и шлёпнул «Годна», поставив свою размашистую подпись.

Девчонка натянула носки, просунула ноги в джинсы, застёгивая, защемила клок лобковых волос, трусов то у неё уже не было, жалобно ойкнула, теперь она уже не отворачивалась, влезла в туфельки. Кое-как приладила лифчик, накинула рубашку. Дрожащими руками принялась застёгиваться — застегнулась криво, перепутала пуговицы, расстегнулась вновь, оторвав одну из них…

Я смотрел на неё, поигрывая ручкой. Адель оделась, подошла к столу.

— Присаживайтесь — уже глазами, а не рукой, я указал ей на стул.

Я очень хотел, чтобы камера запечатлела её сейчас, с потухшим взглядом, с опущенными косичками, с сжатыми губами, с тусклыми, блёклыми глазами…

— Вот, оплачивайте в кассе, полторы тысячи рублей, там вам выдадут саму справку — я подписал квитанцию, вложил её в карту и пододвинул поближе к девушке.

Адель сидела не шелохнувшись.

— Девушка, вы можете идти! — громко произнёс я.

Адель схватила карту, ринулась к двери, задёргала ручку.

— Замок открой… — с вызовом протянул я, никак не смог удержаться от последнего штриха.

Девушка дрожащей рукой отодвинула задвижку, распахнула дверь и выскочила прочь. За дверью раздался быстрый стук её каблучков…

* * *

Хрупенькая, худенькая, невысокого роста девушка, брела по одной из центральных оживлённых улиц столицы. Обходя весенние лужицы, она старалась не смотреть в лица многочисленных прохожих. Две её чёрные косички поникли и свисали крысиными хвостиками по бокам головы, простенькая сумочка в руке задевала за коленки, девушка не поднимала взгляд от земли… Заветную справку она так и держала левой рукой, прижатой к груди…

Ветер-озорник вырвал листок бумажки из руки девушки, и, весело крутя его во все стороны, понёс по оживлённой улице…

* * *

Когда за дверью отстучал быстрый стук её каблучков, я вытащил из пришитого секретного кармашка мобильный телефон, выключил запись и достал из ящика стола свой ноутбук.

Включив ноут, я приладил к нему свой шпионский девайс. Открыл особую папочку и к нескольким десяткам файлов, среди которых были, например, «Марина (немытая срань). mоv» и «Оксана (мокрая зассыха). mоv», добавил новый файлик с телефона. Немного подумал, постукивая ручкой по столу, и отстучал на клавиатуре, переименовывая новый файл в «Адель (робкая азиаточка). mоv»

Ну а когда за дверью раздался новый осторожный стук в дверь, я уже успел убрать компьютер в стол и телефон в карман.

— Да, да, войдите! — серьёзно произнёс я, поудобнее устроившись в кресле.

* * *

Ветер-разбойник опустил листочек перед ногами молодого человека. Нагнувшись, парень поднял листик, услышав перед собой быстрый стук каблучков. Поднял голову, распрямился. Перед ним стояла красивая молодая девушка, двё её чёрные косички торчали в стороны, лицо было испуганным и радостным одновременно. Кажется, этот листок белой бумажки многое значил для неё.

— Это ваше? Возьмите — молодой человек протянул листок девушке.

— Спасибо — чуть слышно ответила она и слабо улыбнулась.

Сложила и спрятала бумажку в карман джинсов.

— А вы к метро? Я тоже — ответил парень, взглянув в глаза девушки, и мягко, тепло улыбнулся.

Дата публикации 29.05.2024
Просмотров 1553
Скачать

Комментарии

0