Справедливая месть.

Семья у нас небольшая: я сам, собственной персоной, жена Вера да сын Дима. Нормальная семья, каких сейчас большинство. Не так давно, всего пару лет прошло, добавилась сноха Таня. Сын женился. Ребёнка пока не завели. То ли не хотят, то ли не получается. Успеют ещё. Удачно определились с жильём. В нашем же дворе, в доме напротив. Можно с балконов переговариваться. Сноха тоже пришлась ко двору. Меня с женой папой-мамой величает. То они к нам повечерять, то мы к ним. Вместе отдыхаем. Короче, практически идеальные отношения. Были. До недавних пор. Хотя почему были. И остались. Просто перешли на несколько иной уровень.

Пришёл домой немного раньше обычного. В прихожей обувки сына стоят. В гостях сыночек. Не стал шуметь, сюрприз сделаю. А получилось, что сюрприз сделали мне. Тихонечко иду на кухню. Что-то слишком знакомые звуки слышатся. Даже слишком знакомые. Они что, порнушку там смотрят? Не угадал. Они не смотрят, они порнушкой занимаются. Жена в одной майке-тенниске, как привыкла дома ходить, стоит, облокотившись на стол, а сынок, тоже в одной майке, пристроился к маминой заднице и наяривает вовсю, только шум стоит. Да так аппетитно ебёт, аж завидно стало. И милая подмахивает азартно, помогает сыночку. Да, вырос сын, уже мамку ебёт. Не стал пугать. Всяко бывает с испугу-то. Дождался, пока закончили. Жена громко застонала, сынок зарычал, задёргались, кончая. Вера, едва сынок отпустил её, развернулась, обняла его и тут меня увидела. Картина Репина под названием "Приплыли". Сын не видит, мамку за жопу тискает, к себе прижимает. Жена его оттолкнула, отступила к столу

— Ну вот, я так и знала, что это добром не кончится.

Сын развернулся и замер. А хуй-то у него поменьше моего будет. Неужто владеет им лучше, что жена с ним ебаться начала? Это отметил краем сознания. Шагнул в кухню. Вера прикрылась руками, будто в ожидании удара. Дура!

— Чего испугалась? Думаешь драться буду? Я тебя за всю жизнь хоть пальцем тронул?

Прошёл в кухню, сел за стол. Они так и стоят, не зная, что делать. На столе посуда, сдвинутая на край, чтоб не мешала. Видать кормила сына, заодно и хуй его покормила. Или он мамкину пизду. Неважно.

— И давно вы так?

Вера пришла в себя. Заговорила, решив заступиться за сына, взять всю ответственность на свои женские плечи

— Петь...Мы...Я...В общем...

— Не трудись. Я не спросил причину, я спросил давно ли вы ебётесь?

Оба молчат. Сын голову повесил, жена рот открывает, закрывает, слов нет, одни слюни. Да и те, видать, пересохли от волнения. Собралась с силами

— Петь, я сейчас всё объясню. Дим, ты иди, сынок.

— Стоять! - Стукнул по столу так, что чашки зазвенели. - Я никого никуда не отпускал.Сели быстро.

— Отставить! - Это сын потянулся за одеждой. - Так, как есть, садитесь.

Голый человек по сравнению с одетым всегда будет в ущербном положении. Вот и пусть пока так сидят. Жена плюхнулась на стул, сын тоже сел. Я достал сигареты, прикурил, отошёл к форточке. Не нравится мне, когда в доме накурено. Затянулся пару раз. Удивительно: мою жену на моих глазах выебал мой сын, а я спокоен. Или это потому, что оба родные? Ну нет желания ни орать, ни буянить, ни, тем более, действовать физически. Докурил в тишине, выбросил окурок.

— Так, и что делать будем?

Жена молчит, сын тоже. Головы повесили. Вера голос подала

— Не знаю. Как решишь.

— Как решу? И вы примете это решение, каким бы оно не было?

Вначале жена, затем и сын утвердительно закивали головами. А ведь решение принимать не только мне. Тут ещё есть заинтересованная сторона. Про сноху все почему-то забыли.

— Димка, а Таня в курсе? Или это только ваша тайна?

Сын кашлянул, посмотрел на меня

— Бать, я...

— Я спросил про Таню. Она в курсе?

— Да.

Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Оказывается за моей спиной цельный заговор и лишь я, аки лох базарный, ничего не знаю. Они тут случаем групповушку не устраивают? Ну тогда надо сноху на семейный совет вызывать. Достал телефон, подвинул жене

— Звони, Таню зови сюда.

Жена взяла трубку, набрала номер, слушает гудки. Сын дёрнулся за одеждой.

— Отставить! Так сиди, пусть жена полюбуется. Мать же сидит.

Слишком неловко сидеть голышом в ожидании ещё одного персонажа, да и предстать в таком виде не совсем комильфо, как говорят у них на Западе. Ничего, пусть пострадают. Да и ожидание приговора хуже самого приговора. Нет, разводиться с женой и разругаться с сыном в мои намерения не входит. Всё зависит от того, как поведёт себя сноха. А вот и она. Много ли времени надо через двор перебежать? Зашла на кухню

— Здравст...вуй...те...

И замолкла. Да, картина ещё та: голая свекровь и такой же голый муж в качестве подсудимых и свёкор - прокурор, судья и адвокат в едином лице. Ожидал всего, чего угодно: истерики, мордобоя, слёз, скандала. Ничего этого не было. Таня прижала руки к груди, помолчала. Лицо бледное. Видно расстроилась бабёнка. А у меня внутри пустота какая-то. Нет ни злости, ни возмущения, совершенно ничего.

— Дим, а я ведь предупреждала, что добром это не кончится. - Татьяна прошла на кухню, развернулась и встала так, чтобы видеть всех. - И маму просила.

Жена сидит, голову понурила.

— Тань, ты лучше скажи, что делать намерена. Развод?

— Пап, ты о чём? Если бы он на стороне бляданул, тогда да. А с матерью...Нет, никакого развода. А ты? Развод?

— Тань, отвечу теми же словами. - Обсуждаем проблему, будто кроме нас со снохой больше нет никого. - Это же сын. Но и оставить без внимания не могу. Вот и думаю, что же делать? В ответ по бабам, что ли пойти?

Татьяна выставила руки в отрицательном жесте

— Пап, пап! Ты что? Самому потом будет противно. Зачем всю грязь собирать? Можно проще.

— Как? Подскажи.

— Мам, Дим, я думаю, что долг платежом красен. Вы согласны? - Оба кивнули, соглашаясь. - Вот я и думаю, что нам с папой надо сделать то же самое. И будем квиты. Дима, попробуй только потом мне хоть намёк на ревность сделать. И ты, мама, лучше потом ни о чём таком даже не думай. Пошли, пап. Мам, мы на вашу кровать пойдём. Да, мам, тебе приказывать не могу, а ты, Димочка, так и сиди. И только попробуй одеться. И жди.

Татьяна взяла меня за руку, как ребёнка, повела за собой в спальню. Охреневший от неожиданного предложения снохи, которого я даже в мыслях не допускал, потянулся следом. В спальне Татьяна стянула с себя майку. Голые титечки, а бюзик ей вроде как и ни к чему с её-то размером и твёрдостью груди, выскочили наружу. Красивые, с коричневыми сосками, торчащими от возбуждения. Сняла брючки. Красивая попка, упругая даже на взгляд. Да и не только на взгляд. Приходилось ненароком прикасаться. Стянула до колен трусики, села на кровать, задрала ножки.

— Пап, помоги. А сам почему не раздеваешься?

Стянул с ножек снохи трусы, отбросил в сторону. Она легла на живот поперёк кровати.

— Пап, извини, но я так.

Разделся и стою дурак дураком. Таня повернула голову

— Пап, ты что?

А что папа? Стоит папа, а у него не стоит.

— Тань, никогда не думал о тебе, как о женщине. Ты мне вроде дочки. Может не надо?

Села, свесив с кровати ножки.

— Пап, иди, помогу. И не думай, так надо. Иначе я просто сгорю. Да и ты тоже. Ну иди же. - Взяла хуй в руку, рассматривает. - Какой он у тебя большой. Больше, чем у Димки. Сейчас, сейчас мы его поставим.

Умелые ручки, ласковые губки и тело само ответило на ласки. А когда хуй отвердел, напрягся, Таня откинулась на спину и задрала ножки.

— Пап, ну иди же. Я правда захотела. Если у тебя не получится, то сам кончай.

Ну уж нет. Такое не каждый день бывает - сноху ебать. Так что постараюсь не спустить раньше времени. Сама Татьяна вроде миниатюрная, а пизда глубже, чем у Веры. Может поэтому сын на мать и залез. Мне как раз подходит. Вера вечно жалуется, что вот-вот матку сдвину с места. А Таня приняла всего. Ногами обхватила за поясницу, руками в кровать вцепилась, попкой подмахивает весьма активно. Навис над ней и долблю. Таня застонала, крепко сжала ноги, руками за меня ухватилась. Лицо исказилось в сладостной муке, губы искривились, приоткрылись.

— Оооуууу! Ммммм!

Замер, давая ей возможность пережить оргазм. Открыла глаза, улыбнулась.

— Пап, у меня получилось. Спасибо!

— Тань, не могла бы ты попкой ко мне повернуться?

— Раком?

— Если можно.

Хмыкнула.

— Почему нельзя. Так?

Встала на край кровати коленками, выставила попку, грудью легла на матрас.

Поглаживая ягодицы, придерживая за талию, стараясь дотянуться до титечек, ебал сноху. Уффф! Кажется всё. Точно всё. Хуй задёргался, сплёвывая сгустки спермы, заполняя Танюшкину пизду. Постоял, пережидая последние судороги. Отстранился, вытягивая хуй на волю. Таня так и стоит. Наклонился, поцеловал попку.

— Пап, ты всё?

— А ты не поняла?

— Поняла. Какой ты горячий. Кончил чуть не кипятком. - Развернулась, села на кровати. Посидела, теребя рукой хуй.

— Тань, грязный же.

— Ничего не грязный. - Быстро лизнула головку, засмеялась. - Пап, я и отсосать могу. Время у нас ещё будет, я тебе покажу все свои таланты. Пошли. Там, поди, заждались. Пап, мы их простим?

— А ты как думаешь?

— Ни к маме, ни к Димке у меня претензий нет. Я даже не против, если они и дальше будут вместе. А мы?

Смотрит выжидательно, в глазах вопрос.

— Тань, если честно, то я не хотел бы...- Сделал паузу. Сноха напряглась. - Не хотел бы, чтобы это было один единственный раз. Ты мне очень понравилась. К тому же ты пообещала раскрыть свои таланты. И я тоже кое-что умею.

— Значит блядская семейка?

— Какая?

— Блядская, пап. Когда все со всеми. Ты за?

— Да.

— Объявим? И немного помучаем.

Жена и сын так и сидят голопопыми. Лишь переместились за стол и сели рядом. Ожидают приговор, суровый но справедливый. Сноха сразу к мужу пошла.

— Руку дай. - Тот не понимает ничего. - Руку, говорю, дай. Вот так. Теперь потрогай здесь.

Сунула Димкину руку к пизде. Даже ноги расставила. Придерживает, не отпускает.

Ну? Мокро?

— Мокро.

— Это папина сперма. Веришь, что мы сделали тоже самое?

— Да.

— Маме подтвердишь?

— Не надо, Танюш. Не надо издеваться. Сами виноваты. И верю я тебе, верю. Слышно было, как ты кончала. Тебе папа понравился?

— Д

а, мам. Хочу спросить: вы с Димкой давно?

Жена что-то мысленно подсчитала, подумала

— Давно.

— Мам, ты же не думаешь, что мы с папой за один раз вас догнали. Нет? У меня предложение. Даже не так. У меня условие. Теперь мы с папой постараемся вас догнать, хотя это и нереально. Вы же на месте стоять не будете.

Вера непонимающе глянула на меня.

— Вер, мы решили, что раз уж так получилось, то не надо что-то изобретать, от чего-то отказываться. Тебе же нравиться давать сыну. Так? - Дождавшись подтверждающего кивка, продолжил. - И ему нравится ебать тебя. Извини, что так грубо. И нам со снохой понравилось. Поэтому никакой ревности, никаких претензий. Вер, иди ко мне.

Сел на стул, посадил жену на колени, обнял.

— Знаешь, я так люблю тебя. И Танюшку люблю. - Запустил руки под майку, нашарил титьки. - Вер, у меня прямо сейчас на тебя встал. Может ты сядешь?

Жена ошарашено на меня смотрит. Совсем сдурел мужик на старости лет.

— Петь, дети же...

А дети уже торопятся. Танюха села к Димке на колени, лицом к нему и нам прекрасно видно, как его торчащий хуй ныряет в Танюшкину пизду. Она Димку за шею обхватила, он лицом ей в титьки уткнулся и приносит свои извинения таким образом. Не дожидаясь, пока жена решится, развернул её и посадил на колени задом к себе. Так удобнее титьки тискать. Она задом поёрзала, пока я придерживал хуй, направляя его в дырочку, села. И на всю кухню лишь сопение да шлепки женских задниц о мужские колени. Вот уж и в самом фантазийном сне не мог представить себе такое. Мама с папой ебуться в присутствии детей, а те не отстают от родителей.

Танюха сдалась первой. Точнее Димка кончил, а она почти сразу за ним. И Вера заспешила. Ну так она у меня скорострелка-скороспелка. Ссадил её с колен, наклонил к столу, на ноги встал. Сын с женой смотрят, как их папа пердолит мать.

— Пееееть, не могу. Кончай!

— Вер, потерпи. Не могу.

Танюха что-то прошептала на ухо Димке, тот кивнул. Тогда она соскочила с его колен, подошла к столу и наклонилась.

— Пап, маму пожалей. Иди ко мне.

Вера с благодарностью глянула на сноху, быстро отскочила в сторону. Пока заправлял снохе, жена уже утянула Димку в ванну.

— Пап, если получится, то подольше. У меня сегодня сдвиг какой-то, башню рвёт. Хочу и хочу.

За этим дело не станет. Танюха постанывает, я с пыхтением гоняю лысого. Жена с сыном куда-то исчезли. Скорее всего увела его подальше, чтобы не смотрел, как его жену папа ебёт. Всё же на психику это давит. Чувство собственника никуда не делось. А придётся делиться. Сам это начал, так что терпи, сын.

Смеясь, моемся с Таней в ванне. Она успела, и даже не раз. Всё же есть что-то хорошее в возрасте. Дольше возбуждаешься, так и стоит дольше. Вышли. Жена с Димкой всё в том же виде. То есть голые по пояс. А то как же, команды одеваться не было. Вера спрашивает

— Может уже успокоимся, оденемся, да поедим. Время к вечеру.

— Да, мать, давай.- Притянул к себе жену, поцеловал. - Накрывай, я мигом.

К ужину Вера выставила бутылочку.

— Ну, за что пьём? - Жена подняла стопку, смотрит на нас всех. - Чей тост?

— Я! Я! Можно я? - Танюха аж подпрыгивает на месте. Дождавшись одобрительного кивка жены, произнесла. - Я хочу предложить тост за нас всех. За этот случай, который позволил нам стать друг друг ближе. За тебя, мам, чтобы ты всегда оставалась молодой и красивой. За тебя, пап, чтобы твоя сила никогда не кончалась. За тебя, Дим, чтобы ты радовал не только меня, но и маму. За всех нас, за нашу дружную семью. И прошу вас всех: любите друг друга, прощайте слабости, не ревнуйте. Мам, пап, Дим, я вас всех очень-очень люблю!

Лихо замахнула стопку. Жена посмотрела на меня, на сына, улыбнулась и последовала за снохой. Ну, а нам с сыном что, отставать?

После ужина сидели в зале на диване. Женщины сидели между нами. Жена сидела рядом с сыном, я рядом со снохой. Болтали. Татьяна говорит

— Мам, пап, знаете, как мне было стыдно? Пока раздевалась перед папой, думала со стыда сгорю. А потом посмотрела на него, а он тоже стесняется. Это меня-то? Да я так на него разозлилась, что он ещё и не хочет меня, говорит, что я ему как дочь, сразу куда что делось. Думаю: да пусть что хочет обо мне думает, а я сделаю, что решила. Пусть он хоть какой будет. А он оказался нежный, ласковый. - Потянулась ко мне губами, дождалась поцелуя. - Вот видишь, мам, какой он хороший.

Жена усмехнуласбь

— А то я не знаю, доченька. Подожди, он тебя не только в губы будет целовать.

Танюха подпрыгнула

— Знаю, мам, он мне попу целовал

— Тань, он ещё будет целовать и в другие губы. И у него это замечательно получается.

Танюха замерла, потянулась рукой вниз живота, спросила жену- Сюда, что ли? Ой, мам, а Димка мне никогда там не целовал. А я ему так сосала. Вот, Димочка, теперь всегда целовать будешь.

Жена покачала головой

— Дим, это упущение. Или тебя потренировать надо? Надо? - Посмотрела на нас. Встала с дивана, потянув за собой сына.- Мы с Димкой вас покинем пока. У нас возникло важное дело. Вы не скучайте. Тань, чистые простыни в шкафу.

На этих чистых простынях извивалась сноха, орала, верещала, кончала раз за разом. Хорошо хоть бёдра не такие сильные, как у Веры, иначе просто сломала бы мне шею. А потом ебал её безвольное тело, будто тряпичную куклу. По-моему, она даже не дождалась, пока кончу, отрубилась. Сполз с её попки, на животе ведь лежала, рядом лёг, обнял. За её криками не слышал, что творили мама с сыном. Да и пусть. Авось научит парня пизду целовать.

Утром сын отворачивал смущённую морду в сторону. Вера посмотрела на него, посмотрела, потянула в спальню

— Сынок, что-то мне твоё настроение не нравится. Пошли-ка пошепчемся.

Сидели с Таней на кухне, слушали, как из спальни вначале раздавался Верин голос, Димкин бубнеж, потом заскрипела кровать, Вера застонала. Танюха виновато на меня смотрит

— Пап, извини, я после вчерашнего не могу. У меня там всё горит.

— Тань, ты что? Я же не мальчик, могу себя контролировать. Хотя с тобой это трудно получается.

Польстил девчушке. Вон как глазки заблестели. Как же, свёкор признался, что сноха его возбуждает. И что здесь необычного?

— Тань, ты с Димкой построже.

— Почему, пап?

— Почаще его носом в пизду тыкай. Извини, что грубо.

Танька засмеялась

— Ну, пап, ты даёшь! Буду. Торжественно обещаю. Причём в соотношении один к пяти. Раз я ему, пять раз он мне. Они там что, застряли? - Танюха глянула на двери спальни, которые было частично видно из кухни. - Или решили ещё разок?

— Ты никак ревнуешь?

— Вот ещё! - Фыркнула. - Да пусть хоть два раза. Димке же на работу пора.

А вот и жена с сыном идут. У Димки морда сальная. В прямом смысле этого слова. На подбородке Верины выделения. Точно в пизду носом натыкала. Идут, жена ему что-то втолковывает по пути.

— Короче, сын, ты понял. И не расстраивай меня. Ну, всё, идите. А то ещё опоздаешь.

Стоим на балконе, молодых провожаем. Они повернулись, помахали нам. Улыбаются. Запустил руку Вере под халат. Пизда мокрая, липкая.

— Петь, ты что, я даже не подмылась.

— И что? Успеешь. Тебе сегодня, мама, придётся весь день без трусов ходить. Молодость вспоминать будем.

— Ой, напугал! А сможешь, весь день-то? Погоди, ты что, на работу не идёшь?

— А у меня как-будто температура и меня мама не пустила в школу.

— Ох, артист. Ну ладно, хватит меня щупать. Петь, ты что, сдурел? На балконе? Люди же.

Задрал Вере халат и хуй в пизду толкаю. Она жопой крутит, не даётся.

— Петь, ну Петь! Ну перестань. Я же тоже не железная. Думаешь твой сын что-то сумел? Учить его ещё и учить.

— Ну так учи. Ну погоди, Вер, ещё чуток. Ты такая мокрая.

— Тебя что, после сына возбудило? Погоди, телефон звонит.

С неохотой отпустил жену, подтянул штаны. И почему тянет выебать бабу именно там, где, вроде бы нельзя. Она с кем-то разговаривает. Прислушался.

— Да, слушаю, Танюш. Что? Скучно? И что? Ко мне прийти? Посидеть, поболтать о девичьем? Приходи, дочь. Только поболтать не получится. Мы тут с папой решили молодость вспомнить. Обещает весь день меня без трусов гонять. - Засмеялась. - Да ты что, Тань! Как ты помешаешь? Третьей будешь. На пару мы этого хвастуна высушим. Да, именно так. Да и пусть хоть язык сотрёт. Нечего хвастать. Погоди, папа что-то говорит.

Прикрыла трубку рукой, вроде как меня о чём-то спрашивает. А я ещё и рот не раскрыл, соображаю, что мне несказанно повезло, но и трудов прибавилось. Прорвёмся, не впервой! Жена продолжает.

— Танюш, слушаю. Нет, ничего не надо. Вина? А возьми. Главное не забудь. Что главное? Пизду, папа сказал. Ну, Тань, он же такой матерщинник.

Отключилась. На меня смотрит.

— Вер, а я ведь рта не раскрыл.

— И что? Считай, что это небольшая месть.

— За что?

— За то. Как сноху вчера вылизывал. Я от ревности чуть не умерла. Да ладно, люблю же я тебя, дурня старого. Ну всё, я в ванну. А ты побриться не забудь. Исколешь девочку своей щетиной. Что рот раскрыл? Ну да, пизду мне с ней целовать будешь. Я Тане пообещала.

Не понял. И когда она что могла пообещать. Скорее всего это такая изуверская месть. Ушла в ванну. А через некоторое время звонок. Открыл двери. На пороге сноха. С порога обнял её за талию, притянул, руку под подол. Она обычно то в брючках, то в джинсах, а сегодня в платье вырядилась. Опаньки, а попа-то голенькая, без трусиков.

— Пап, ты что, пап? Да не забыла я, не забыла. Проверь, всё на месте. - Расслабилась, пизду подставляет. - А мама где?

— Подмывается.

Танюха удивилась.

— Вы что, уже успели?

— Да нет, это Димкино.

Тут жена как по заказу из ванны. Голышом. Не ждала так рано сноху. Ойкнула, прикрыла одной рукой титьки, второй рукой лобок.

— Тьфу на вас, напугали. - Опустила руки. - Ты, старый, нет чтобы пакет у девочки взять, скорее щупать начал.

— Проверяю, вдруг забыла.

— Всё, иди в ванну. Танюш, пошли со мной. Давай пакет.

Поели, попили. Девочки лежат на диване, попки свисают. Я на коленях перед диваном стою. Одну поцелую, вторую. А они титьки друг дружке тискают, целуются. Одной вставлю, второй. Снова целую. У одной пизда вкусная, у второй ещё вкуснее. Скорее бы Митька с работы пришёл. Пусть тоже подключается. Из-за него, паразита, всё началось. Из-за Веры тоже, ну так ей об этом не скажешь. Мир в семье прежде всего.

Дата публикации 17.09.2018
Просмотров 99849
Скачать

Комментарии

0