Тара и её игра. Часть 1

Перед вами художественный перевод серии рассказов зарубежного блоггера о парне Томми, и о его пути к принудительной поначалу, но такой желанной в итоге, феминизации. Всем героям рассказа на момент событий исполнилось 18+ лет.

Часть 1.

Еще когда Тара только предложила Томми помогать ей по вечерам с уроками, он почувствовал, что тут было нечто большее. Шутка ли — самая красивая девушка в колледже. Даже находиться с ней рядом было честью для такого как он, не то, что быть с ней наедине, вечером, у неё дома. От такого не отказался бы ни один мальчик в колледже... Он понимал, что она выбрала его только потому, что он был мозгом их группы и всегда получал только высокие оценки. Но ему было всё равно...

Поначалу всё шло без сюрпризов. Они сидели за столом друг напротив друга и готовились к семинару. Но когда настал вечер и родители Тары ушли из дома, её отношение тут же изменилось. Момент — и она уже сидит рядом, постоянно, как бы нечаянно, касаясь Томми своим телом. Он не был экспертом во флирте, а на самом деле, он был всё ещё девственником, но всё в её поведении показывало что она флиртует с ним! Мальчик был абсолютно не подготовлен к такому. Хотя они были почти одного возраста, Тара была намного более взрослая в социальном плане. У нее было всегда куча поклонников, и её часто можно было увидеть рядом то я одним, то с другим популярным парнем колледжа. Он никогда не мог подумать, что такую девушку, как она, когда-либо привлечёт такой заучка, как он сам. Чем больше она флиртовала, тем больше нервничал Томми. Но следующая её фраза просто вынесла ему мозг. — Эй, Томми, — сказала она, — Ты когда-нибудь видел женские соски? Я покажу тебе свои, но только при условии, что ты покажешь мне свои!

Томми оторопело посмотрел на неё, ожидая, что она рассмеётся, и скажет, что это шутка, но тут Тара встала и сняла свой свитер. Она стояла перед ним в джинсах и полу-прозрачном кружевном лифчике. Томми просто не мог отвести взгляд от идеальных полукружий её грудей. Он не мог поверить, что это не сон. Он вскочил на ноги, чуть не опрокинув стул, и нерешительно стянул через голову свою футболку. Нервно хихикая, Тара в ответ расстегнула свой лифчик и без всякого стыда выставила на обозрение свои упругие груди с торчащими тёмно-розовыми сосками, а затем начала медленно расстёгивать джинсы. Предмет за предметом, молодые парень с девушкой раздевались, пока не оказались друг перед другом совершенно голые. Лобок Тары был гладко выбрит, открывая на обозрение дразнящие розовые половые губки. Член Томми стоял столбом, подпрыгивая при каждом движении.

Так они простояли около минуты, внимательно рассматривая интимные места друг друга. Но Таре этого было мало. По её предложению они сели друг напротив друга и начали мастурбировать. Парень не мог поверить своему счастью, но не успел Томми приблизиться к оргазму, как Тара вскочила и предложила принять вместе душ.

В просторной душевой кабине было достаточно места на двоих. Тара тут же превратила гигиеническую процедуру в эротическую игру, направляя струю приятно тёплого душа на половые органы Томми, а затем на свои. Намылив руки, она начала дразнить Томми, легонько прикасаясь к его возбуждённому члену, и опытными поглаживаниями исследовала его тело. Похоже, у неё было очень много опыта, но в такой момент Томми не мог об этом долго задумываться. Спустя пол-минуты, она внезапно просунула свой намыленный пальчик в попку Томми, отчего он издал удивлённый вскрик. Но, пока она опытными движениями поддрачивала его стоящий член, он не мог быть против того, что она орудовала у него в анусе сначала одним пальчиком, а затем и двумя. Он не мог поверить, но это было приятно! До этого, никто, кроме него самого, не касался его в этих местах, и он просто не мог вообразить, что существует такого удовольствие. Но вот снова, совершенно внезапно всё прекратилось, и Тара уже смывала с него пену и помогала вытираться пушистыми полотенцем. Еле дыша и смущаясь, он следовал за ней. В этом состоянии он не мог внятно соображать.

Не успели они, всё ещё голые, зайти в гостиную, как вдруг, в комнату зашли ещё две девушки. В руках у них были банки с газировкой.

Томми застыл. Он знал обеих девушек. Их звали Карен и Селеста, и они были лучшими подругами Тары. Втроём они составляли элитную группу так называемых «Неприкасаемых», и никто из других девушек с их колледжа не мог конкурировать с ними по красоте. Он был в ужасе, что они увидели его в таком виде. Это выглядело, как будто суровая реальность рухнула сверху, раздавив прекрасную эротическую фантазию. — Кажется, мы пропускаем всё веселье! — сказала Карен, многозначительно глядя на голого Томми. Покраснев, тот попытался прикрыть стоящий член руками. — Вы рановато, — сказала Тара, определённо не смущаясь того, что она и Томми голые стоят перед её лучшими подругами. — Да, нам стало скучно, — сказала Селеста. — А вот вы, похоже, времени зря не теряли! — Ну и чёрт с ним, — произнесла Карен, ставя на стол газировку. — Присоединяемся к веселью!

С этими словами она и Селеста быстро разделись догола. Томми застыл в изумлении. Он был в шоке. Всё, что он мог — это уставиться на трёх красоток, стоящих перед ним без одежды. Как это могло произойти? Это всё реально? Разве может такое быть, что он, Томми-задрот, стоял совершенно голый рядом с тремя самыми красивыми девушками школы, которые тоже были в чём мать родила? — Потанцуем! — воскликнула Селеста, включая музыку. Тара подошла к Томми, положив руку ему на плечо, и подойдя почти вплотную, произнесла: — Извини, Томми, — её голос снова стал застенчиво-откровенным. — Я думала, что они не придут ещё несколько часов! Они просто взяли и прервали наше веселье, не так ли? Тут её лицо посветлело. — Но так или иначе — давай веселиться, хоть и вчетвером! Хочешь потанцевать?

Томми неохотно кивнул. В танцах он был не силён, но как можно было пропустить такую возможность? Он танцевал изо всех сил, а его полу-напряженный член прыгал из стороны в сторону в такт его движениям, чем приводил в смешливое настроение трёх подружек.

Вскоре девушки перестали обращать внимание на Томми. Они знали о своей красоте, и в танце красовались друг перед другом. Они кидали одна на другую томные взгляды, как бы пытаясь соблазнить. Это зрелище было настолько эротично, что Томми снова возбудился, даже несмотря на то, что его, похоже, полностью игнорировали.

Девушки так увлеклись, что даже не заметили, как он тихонько выскользнул из круга и вернулся туда, где он оставил свои штаны. Томми взял свой смартфон, включил видеозапись, и прислонил телефон к стене таким образом, чтобы танцующие красавицы оказались в объективе. Томми вернулся в круг. Он хотел запечатлеть в памяти эту бесподобную, невероятную мечту, чтобы потом не сомневаться, что это всё произошло на самом деле.

Теперь девушки вовсю трогали друг дружку, скользя в танце и прикасаясь гибкими телами одна к другой. Тара подтолкнула Томми к круг, и, после нескольких дразнящих прикосновений, развернулась к нему спиной и прижалась к его твердеющему члену своей гладкой, тёплой, голой попкой. Она крутила её туда-сюда, и вот, член парня снова стоял торчком. Хихикая, другие девчонки присоединились, трогая и дразня Томми и друг друга. Скоро их танец стал настолько эротичен, что стал больше напоминать оргию. Селеста нагнулась и взяла член Томми в рот, энергично посасывая, в то время, как Карен, стоя у неё за спиной, что-то делала руками у подруги между ног. Затем, чтобы не отставать, Карен и Тара по очереди стали сосать член постанывающему пареньку, а Селеста в это время орудовала руками между ног у своих подружек. Влажное и шелковистое тепло их ртов, обволакивающее его член было неимоверно возбуждающим, и он просто трясся от желания. Томми переживал лучшие моменты своей жизни, и несмотря на то, что периодически во взглядах девушек на него, и выражении их лиц он видел очевидное пренебрежение к нему, он был слишком возбуждён, чтобы придать этому значение.

В конце концов, Тара покинула круг и выключила музыку. — Время, — сказала она, пытаясь отдышаться. — В смысле, время? — спросила Карен, продолжая скользить голой промежностью по гладкому бедру Селесты. — Я только начала разогреваться! — Время сыграть в игру, — сказала Тара с нехорошей улыбкой, пристально глядя на подруг. Она раскрыла тяжелые гардины на большом окне в гостиной. — Сейчас я станцую голой перед окном. Но только, если вы потом повторите! — Берёшь на слабо? А ну попробуй! — воскликнула Карен. — Давай сыграем — промолвила Селеста с лукавой улыбкой.

Томми переводил взгляд с девушки на девушку. Неужели они это серьёзно? Снаружи уже было темно. Достаточно темно, чтобы изнутри ничего не было видно, кроме чернильной темноты. Кто знает, кто мог был снаружи? Но девушек, похоже, это не волновало. Тара раскрыла все занавески, открыв обзор на гостиную всем, кто мог быть в это время снаружи, а Карен стала перед окном, и стала танцевать сексуальный танец, выгибаясь и соблазняя воображаемую аудиторию снаружи. Томми никогда бы не принял её за стриптизёршу, но она, похоже, не раз тренировалась в таких танцах. Через пару минут Селеста заняла её место, исполнив серию энергичных и непристойных движений телом. Тара подождала немного, глядя на часы на стене, а затем сменила Селесту, танцуя голой перед теми, кто мог быть на улице. Все три девушки, похоже, были немало возбуждены этой игрой и своим исполнением танца. Казалось, они соревнуются, что же из них сексуальнее. Когда Тара наконец остановилась, она покраснела и запыхалась, а её соски торчали от возбуждения. Она отступила, и все посмотрели на Томми. — Твой черёд, — сказала Тара, показывая рукой на пространство перед окном.

У Томми не оставалось выбора. Он танцевал перед окном, двигая бёдрами, крутясь и наклоняясь, его полу-вставший член подёргивался из стороны в сторону. После первых, ужасных мгновений, он ощутил странную радость. Он танцевал голый перед тремя красивейшими девушками и тем, кто мог бы его ещё увидеть снаружи, и он больше не боялся! Он отдался танцу целиком, крутя попой перед окном, а затем закрутился вокруг себя, да так, что его член шлёпнул его по животу, а девушки в это время смеялись и подбадривали его. Затем он устал и остановился. Он понял, что танцевал дольше, чем было необходимо, но ему было всё равно. Он словил момент, переборол свой страх, и это было круто!

Когда он сел на пол, пытаясь отдышаться, Тара открыла окно нараспашку, позволив прохладному ночному ветерку залететь в комнату. — Окей, — сказала она с каким-то злым блеском в глазах, — Теперь я высуну свою голую попу в окно и потрясу ею, ну, скажем, секунд тридцать... а вам слабо? Селеста подошла к окну с уверенной улыбкой. — Мне нет! — сказала она, и высунула свою идеальную попку из окна. Закрыв глаза, и придерживаясь за подоконник, она покачивала и трясла попой. Если снаружи действительно кто-то был, то им повезло видеть голую попу красавицы во всех подробностях. Спустя пол-минуты, Тара произнесла: — Время! Тут же, без промедления, Карен подошла к окну, повернулась спиной и высунула попу в темноту. Она исполнила медленный, чувственный танец, показав всем, кто мог быть снаружи, все свои тайные местечки, без всякого стыда или смущения.

После нее была очередь Тары. Она высунула свою голую пятую точку в окно и начала двигать ею туда-сюда. Через пол-минуты наступил черёд Томми.

Неуклюже он подошёл к окну. Его член стоял столбом, но его это больше не смущало — он привык к тому, что три красавицы видят это. Пытаясь поудобнее сесть на подоконник, Томми нерешительно высунул в окно свою попу. Из-за этой позы, половинки его ягодиц были широко раздвинуты, и он чувствовал, как прохладный ночной воздух свободно обвевает его анус и мошонку, которая из-за холода сжалась в маленький морщинистый комочек. Томми начал трясти задницей из стороны в сторону. В этом танце он даже близко не был настолько умел, как девушки, которые в этот момент так внимательно наблюдали за его движениями, что, казалось, застыли, как камень. И снова Томми чувствовал странное облегчение, ведь он в очередной раз переборол свой страх! Мальчик храбро тряс попой из стороны в сторону.

И тут это случилось... Откуда ни возьмись, толстая деревянная палка проскользнула между оконной рамой и вращающимися бёдрами Томми. Он застыл, в недоумении глядя на этот шест, не понимая, откуда он появился, и что всё это означает. И тут раздался взрыв мужского хохота снаружи. Мальчик запаниковал и попытался заскочить обратно в комнату. И тут он понял — он оказался в ловушке!

Шест, этот дурацкий шест держал его в этой позиции, с попой, торчащей наружу, и он не мог с этим ничего поделать! Томми умоляюще взглянул на девушек, прося о помощи, но никто из них даже пальцем не двинул. рассказы эротические А по сути, они сосредоточенно наблюдали за тем, что происходит, каждая с выжидательной улыбкой на личике, и не было даже следа удивления.

И тут Томми понял, что его подставили! Что всё, что с ним происходило на протяжении вечера, вело именно к этому моменту. Три девушки, три самых красивых девушки в колледже, которых он идеализировал, и которых он втайне желал, предали его. Но что дальше? Что должно случиться теперь?

Тут он почувствовал большие, грубые мужские руки на своих голых и беззащитных ягодицах, они поглаживали и ласкали его гладкую, чувствительную кожу, и он начал понимать, насколько беспомощен он был, как идеально подобрана была его поза...

Томми начал бешено вырываться, борясь с шестом, выкручиваясь из стороны в сторону и тщётно пытаясь вырваться из такой простой, но такой вероломной ловушки, но всё было без толку. Он чувствовал, как его начала поглаживать третья рука, а затем и четвёртая, скоро он был уверен, что их стало уже пять. Рук, которые поглаживали его, забираясь во все самые сокровенные места его тела. Он повизгивал и напрягался всё сильнее, но шест был крепок и от всех его усилий даже не гнулся. Мальчик был в ужасе!

— Расслабься, Томми, — сказала Тара, подойдя к нему и гладя его по щеке. — Все нормально. Они не обидят тебя.

— Но что?... — спросил Томми, с трудом понимая, что она говорит, в то время как мужские пальцы упорно ласкали его беззащитную мошонку и поглаживали его плотно сжатый анус.

— Парни, — объясняла Тара с издевательской искренностью. — Которые снаружи. Они не обидят тебя. Они просто хотят трахнуть тебя.

— Ч-что? — Томми внезапно вздрогнул, когда мужская рука проскользнула между его бёдер и начала поглаживать его изнеможенный член.

Тара ярко улыбнулась.

— Понимаешь, мы с девочками давно хотели увидеть вживую, как парня будут трахать в попу. Так что мы заключили сделку с несколькими геями, приятелями брата Карен. Всё, что от нас требовалось — это найти им мальчика и подготовить его. Мы выбрали тебя.

— Но почему меня? — воскликнул Томми фальцетом. Руки, которые гладили его голое тело, внезапно стали очень скользкими, как будто их чем-то смазали, а эти поглаживания вдруг стали очень приятными для его обострённых чувств.

— Но ведь все знают в колледже, что ты гей, — сказала Тара, как будто это был общеизвестный факт.

— Что!?!

— Вот только не говори, что ты не гей, — сказала Селеста сомневающимся голосом.

— Я не гей!! — воскликнул Томми.

— Ты уверен? — скептически спросила девушка.

— ДА!

— Ох, ну что ж, — пожала плечами Селеста. — Кто-то хочет попкорн?

— Оо, я бы не отказалась! — сказала Карен.

— И мне газировки принеси, — добавила Тара, усаживаясь поудобнее на подушке, лежащей на полу.

Томми снова взвизгнул, когда скользкий палец на секунду погрузился в его попу. Секунду спустя, палец снова скользнул внутрь, шаря внутри, как будто в поисках чего-то. А тем временем вторая рука, на которую был нанесен лубрикант, скользила туда-сюда по его мошонке, а другая надрачивала его пенис, и тут, несмотря на весь свой ужас, Томми внезапно почувствовал, как внутри него нарастает возбуждение, а его член твердеет.

Он умоляюще посмотрел на Тару.

— Я не гей! Честно! — повторил он. — Ты можешь заставить их прекратить?

Тара покачала головой в притворной печали.

— Нет, боюсь не смогу. Сделка есть сделка. Тем более, что мы действительно хотим увидеть, как тебя будут трахать в попу!

Томми видел, что от этих троих ему жалости не дождаться. Те интимные, захватывающие моменты, которые он пережил наедине с Тарой — они оказались ложью. Он никогда не интересовал её, кроме как в качестве жертвы злого пранка. Он взглянул на Карен — она сидела на полу, скрестив ноги, пила газировку через соломинку, и наблюдала за ним в ожидании того, когда он начнёт её развлекать. В её тёмных глазах не было ни следа сочувствия. Селеста включила на кухне микроволновку и вернулась в гостиную с банкой газировки для Тары. Все три девушки оставались абсолютно голыми, и, судя по всему, это им ничуть не доставляло дискомфорта.

Пальцы всё продолжали входить и выходить из ануса Томми. Может, это был один и тот же, но каждый раз, казалось, что он был заново намазан любрикантом. Томми пытался сжать ягодицы, чтобы не пускать пальцы внутрь себя, но, похоже, это ничуть не помогало. С тем, насколько торчала его попа из окна, он физически не мог сомкнуть ягодицы. Всё, что он мог, это крепко держаться за створку окна, чтобы не вывалиться наружу. Он резко вдохнул, когда второй толстый мужской палец присоединился к первому, растягивая ещё больше его смазанную дырочку. Рука, которая надрачивала его член, исчезла, но остались те, которые гладили его яички и нежную, чувствительную кожу вокруг них. Опытные манипуляции с его телом доставляли нежеланное, но абсолютно несомненное удовольствие, несмотря на стра

х и ощущение насилия, производимого над ним. Два пальца всё ещё оставались в нём, проникая всё глубже, разведывая пространство внутри него. Боль немного стихла, пока анус привыкал тому, что внутри было что-то настолько большое, но ощущение проникновения росло, и чувство того, что он просто не мог ничего с этим поделать, поглощало все его мысли. Томми начал понимать, что ИМЕННО сейчас произойдёт. Раньше он просто не мог в это поверить. Эти парни, которые были снаружи, собирали засунуть свои члены в его маленькую девственную дырочку, и трахать его, пока не насытятся. А если ощущение всего лишь двух пальцев внутри себя оказалось таким ошеломляющим, то каково же будет почувствовать в себе целый член? Были ли их члены большие? Томми даже не мог предположить. Сколько им лет? Голоса их звучат довольно взросло, похоже, им намного больше, чем ему. Размер их рук определённо больше, чем у него — значит члены просто огромны! И сколько их там? Три? Пять? Восемь? Он не имел ни малейшего понятия.

Томми начал дрожать, но не от прохладного ночного воздуха. Он вдруг осознал, что мягкое хныканье, которое он слышал уже некоторое время, издаёт он сам. Интересно, сколько это уже длится? А пальцы внутри его ануса продолжали своё дело...

Прозвучал звоночек микроволновки, и через минуту, Селеста, всё ещё полностью голая вошла в комнату с большой миской попкорна и села посредине, приготовившись к зрелищу.

— Они уже начали вставлять в него? — она спросила с предвкушающей ухмылкой.

— Ещё нет, — ответила Тара, беря полную горсть попкорна.

— По-моему, они пока разогревают его там, — сказала Карен. Другие девушки посмотрели на неё. — Что? — спросила она, защищаясь. — Меня никогда не трахали в попу! Я просто слышала, что обычно это делают, перед тем, как начать.

Девушки рассмеялись, и уселись покомфортнее, жуя попкорн и попивая газировку, предвкушая отличный вечер. Томми переводил взгляд с лица одной девушки на другую. Он не мог избавиться от впечатления, что они собрались посмотреть интересный фильм или что-то вроде того. И это он должен был быть изюминкой вечера — а точнее, его изнасилование всеми теми парнями, которые были снаружи. Он покраснел от унижения.

Наконец, пальцы выскользнули из его попы, оставив после себя странное ощущение пустоты. Затем Томми почувствовал, как толстая головка члена пытается войти между его разведенных ягодиц. Он понял — начинается. Упругая и тёплая головка продолжала упираться в его анус, понемногу углубляясь, и он чувствовал, как маленькая дырочка потихоньку растягивается, пытаясь принять в себя чужеродный предмет. Он начал чувствовать боль, и высокий, кричащий вопль вырвался из его рта.

— Кажется, они начинают вводить в него член, — возбуждённо произнесла Тара, и три девушки наклонились вперёд, наслаждаясь моментом.

Внезапно, тугой анус Томми прекратил сопротивление, и головка члена полностью вошла в него. Томми взвизгнул от сильной боли, и его глаза наполнились слезами.

— Иии... Он внутри! — произнесла Тара с интонацией спортивного комментатора. Три девушки закричали и засвистели.

Отчаянный крик Томми вскоре затих. Он застыл, не дыша, пытаясь справиться с болью, и, что было очень милосердно, член в его попе тоже застыл, ожидая, пока девственный мальчик привыкнет. Член был гигантский, словно телефонный столб. Томми чувствовал, как он пульсирует внутри него, растягивая его тугую дырочку своей массой. Потихоньку, боль начала стихать, и Томми начал тихонько дышать — один короткий вздох за одним — глаза закрыты, слёзы стекают по щекам. Член всё ещё не двигался, хотя Томми чувствовал, как он подрагивает, стремясь вонзиться дальше в его плоть. В конце концов, когда прошло около минуты, анус Томми перестал сокращаться вокруг гигантского органа. Он начал дышать глубже, и тут он осознал, что самое страшное он пережил. Но тут же он понял, что испытание только начиналось. Член скользнул дальше.

Рот Томми широко раскрылся, с трудом ловя воздух, в то время, как член вонзался всё глубже. Та острая ужасная боль при первом проникновении прошла, но пришла более глубокая, более сложная боль. Толстый, тёплый член проходил всё глубже в его анус. Рот Томми оставался открытым, дыхание с трудом вырывалось из его груди — всё на потеху девушкам, сидящим перед ним. Член входил всё дальше. Мальчик чувствовал, что головка члена уже чуть ли не в середине его тела, и дальше просто уже некуда идти, но член продолжал свой путь. В панике глаза бедняжки раскрылись ещё шире.

И наконец он почувствовал, как голые и тёплые мужские бёдра прижались к его попе, и Томми понял, что член наконец на всю длину находится в нём. Мужчина постоял в этой позе несколько мгновений. Томми чувствовал ощущение стопроцентной полноты в своём животе. Он даже с трудом дышал. Потихоньку член пошёл назад, и Томми застонал. Он вышел только наполовину, и вдруг снова вонзился обратно. Слёзы снова брызнули из глаз мальчика, когда толстый пульсирующий член заполнял самые его глубины с хищным голодом.

Девушки наблюдали в полном восторге, как попку Томми в первый раз в жизни заполнял член. Это было именно то, ради чего они здесь собрались и они не хотели пропустить ни единой детали осквернения мальчика. Слёзы были неожиданным бонусом, следствием реальной боли и унижения, которые переживал бедняга, и они смотрели не отрываясь, даже забыв про поп-корн, наслаждаясь каждым моментом драмы.

Длинный и толстый член скользил туда-сюда в попке Томми уже без остановки, сильные руки лежали на его бёдрах, не давая ему двигаться. Дразнящие пальцы исчезли, но каким-то образом его собственный член становился всё больше и твёрже. Ощущения от изнасилования ошеломляли, но он не мог понять, было ли всё это однозначно плохо. Частично было больно, да, но ведь и приятно! И он не мог понять, какое чувство было сильнее, и где начиналось одно, и кончалось другое.

Он был переполнен унижением, смущением и стыдом, наблюдая за лицами

девушек сквозь слёзы на глазах. Но, внезапно, эти же эмоции, казалось, подпитывали его сексуальное желание с той стороны, с которой он никак не мог этого ожидать. Само его положение полной беспомощности и того, что его тело используют против его воли, кажется возбуждало его. Он понимал, что в этом было что-то полностью неправильное, но это ощущение быстро потерялось в общем эмоциональном хаосе.

Томми был поражён, когда член, атакующий его внутренности, вдруг пропал, выскочив из его попы, а руки перестали держать его. Он глубоко вздохнул, когда унижающие звуки его собственных рыданий вонзились в его уши. Он огляделся, не понимая, что происходит, но тут другая пара рук, холоднее и твёрже предыдущих, схватили его тело, и другой, свежесмазанный, член, начал пробивать свой путь внутрь него. Томми застонал, когда новый член прошёл внутрь него, наполнив его чужим мужским естеством. Ощущения были другими, размер и форма изменились. Когда мужчина начал трахать Томми, ритм был тоже другой. Он мальчика не ускользнул тот факт, что только что, не спросив согласия, его фактически передали другому возбуждённому члену, но вскоре он снова начал соскальзывать в то безумное, хаотическое состояние, в котором он был раньше. Свежие слёзы покатились по его щекам, неистовый плач вырвался из его рта...

Вскоре и этот член извлекли из него, а его владелец отступил назад. Новый член, свежесмазанный и твёрдый, будто сталь, скользнул внутрь Томми. Он вдрогнул и застонал, и, когда член был введен на всю длину, мальчик почувствовал курчавые лобковые волосы незнакомца, которые щекотали низ его спины. Этот член так же взял свой собственный ритм, входя и выходя из внутренностей Томми. Новые руки были большими и твёрдыми, они держали Томми крепко, как в тисках. Он постанывал с каждым толчком, его пальцы побелели, держась за оконную раму. Слюна бежала по его подбородку, а влажное от пота тело дрожало. Глаза его были не в фокусе, он смотрел куда-то в середину окна напротив. Его член был полностью напряжён, а головка стала лилового цвета. Смазка медленно стекала капля за каплей по его пенису.

Этот факт не ускользнул от прекрасной троицы, и они указывали на его член друг другу с непревзойдённым ликованием. Они наслаждались действом, и в их взглядах не было ни следа сочувствия к бедняжке, которого насиловали у них на глазах.

Вскоре Томми почувствовал, как и третий член выскользнул из него с непристойным, присасывающим звуком, оставив его анус зияющим и пустым. Но секунду спустя следующий член занял пустующее место, производя внутри него повторяющиеся движения, и наполняя его в который раз живой, требовательной, голодной мужской плотью.

В процессе этого, Томми осознал, что весь ужас продолжающегося изнасилования затмил всю боль. И на самом деле, он чувствовал, как будто был наверху гигантской, проникающей волны блаженства, и это чувство становилось сильнее с каждым мгновением. Возбуждение его нарастало и нарастало.

Томми знал, что когда он был чрезмерно перевозбуждён, он терял контроль над собой. Ему было интересно, унизил ли он уже себя, выкрикивая всякие пошлости, но вскоре его желание затмило все эти мысли. Всё, что имело значение — был этот член, доминирующий над его попой. Он хотел покориться ему. Навечно. Он не хотел, чтобы это прекращалось. Он хотел, чтобы его трахали вечно, неся его на волнах наслаждения над всеми мирскими заботами. Больше его ничто не заботило, только член, который ходил туда, и сюда, туда, и сюда, туда, и сюда...

Вдруг, член перестал его трахать и выскользнул из попы, а сильные руки отпустили его бёдра. Томми взвыл от разочарования, и почти что выпал из окна. Но момент спустя другая пара рук схватила его, и другой твёрдый член заполнил пустоту внутри его попы. Мальчик затонал от наслаждения: его трахание возобновилось, и снова он был на вершине наслаждения, поднимаясь всё выше и выше.

Теперь Томми не думал ни о чём. Он был рабом своих желаний. Он хотел покоряться, он хотел, чтобы безликие мужчины снаружи заставили его делать всё, что угодно, лишь бы это было унизительно. Если они прикажут ему выбежать голым на улицу и предложить своё тело проезжающим водителям — он сделает это. Но больше всего на свете он хотел, чтобы они продолжали пронзать его задницу своими членами. Превозмогающий экстаз от этого был выше всего, что он мог когда-либо представить, и он не хотел, чтобы это когда-либо заканчивалось. Это было, как если бы оргазм всё длился и длился, пока член находится в нём.

И снова член вытащили, и снова магия разрушилась. И новый член возник на месте старого. И толчки этого члена были ещё быстрее. Он долбил анус бедного мальчика с такой силой, что Томми снова почувствовал боль, но и ужасное наслаждение глубоко внутри тела. Но Томми теперь приветствовал боль. Он принимал её, даже смаковал. Эта боль смешалась с наслаждением, и этот коктейль был очень сильным. Это ощущалось, как гигантский, бесконечный оргазм. И, внезапно, это стало и ощущаться, как оргазм! Щеки Томми покраснели, в ушах запульсировала кровь, а пенис начал дико пульсировать, как будто бы он готовился кончить. Волна наслаждения достигла своего пика. Поражённый, Томми сместил взгляд вниз, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как струя горячей спермы выстрелила из его собственного пениса, прямо перед его лицом. А затем он был просто поглощен горячими взрывами экстаза, которые проносились по его телу, и он дико взвизгнул, поглощенный полностью самым мощным оргазмом в его жизни.

Постепенно, возвращалось осознание себя. Томми был безжалостно вырван из его мечтательного состояния тем фактом, что в его заднице всё ещё был член, которые продолжал безжалостно его трахать, а потные бёдра незнакомца продолжали громко шлёпать по его гладким ягодицам. Всё наслаждение вдруг закончилось и яркое осознание ситуации было просто ужасным. Томми взвыл от боли и попытался вывернуться от атакующего его плоть члена, но большие и сильные руки крепко держали его в одной позе, и от этого было не спастись.

Он всё больше и больше осознавал весь ужас ситуации — его беспомощность, тот факт, что его насиловали незнакомцы, а так же это беспристрастное внимание, с которым за всем этим наблюдали три голые красавицы, сидящие в метре от него. Он чувствовал слёзы на своих щеках, слюну на подбородки и пот на всём его теле. Он слышал свои собственные крики, а на полу перед ним была небольшая лужица — свидетельство его позора. Он кончил прямо перед своими мучительницами, выстрелил спермой прямо на пол, при это его члена абсолютно никто не касался. Он кончил только от того, что его трахали в попу незнакомые мужчины! И Неприкасаемые всё это видели. Они смеялись над ним, делая пошлые жесты и показывая на него друг дружке.

Томми закрыл глаза, униженный, как никогда. Ещё минуту назад он упивался этим унижением. На вершине возбуждения, когда его высшим желанием было покориться — это было для него наивысшим афродизиаком. Он хотел, чтобы это чувство вернулось. Он хотел снова нырнуть в этот дикий экстаз, в это не думающее состояние полнейшей капитуляции. Он всё ещё чувствовал, что это чувство далеко не ушло, а с постоянным ощущением трахающего его попу члена, было, наверное, нетрудно снова соскользнуть в это состояние.

Постепенно, его мысли и чувства успокоились, унося с собой панику и унижение, и он снова начал погружаться в это состояние тёплой, нерассуждающей покорности. Агония голодного члена, раздирающего его внутренности, немного поутихла, смягчённая мерцающими вспышками заново разжигаемого сексуального желания. И, по мере того, как он заново смирялся с подчинением, он почувствовал, что боль в его внутренностях — это то, чего он желал. И, с мягким хныканьем, он сознательно выставил свою задницу чуть дальше из окна, предлагая себя им, и мужчина, который трахал его, с благодарностью принял этот знак, крепче сжал бёдра мальчика, и ускорил темп, трахая Томми ещё быстрее и сильнее. Томми стонал и выл, агония секса поглотила его, но он не отстранялся. Это именно то, чего хотели от него его хозяева, и он хотел больше, чем когда-либо, покориться их желаниям. От этого безжалостного соития дрожало его тело и стучали зубы. Свежие слёзы полились из глаз, но он продолжал держать свою попу в той же позе, принимая наказание.

Несколько минут спустя, член внутри него запнулся на мгновение, и Томми почувствовал, как тот набухает и пульсирует глубоко в его попе. Руки, державшие его тело, сжали его ещё сильнее, и он услышал, как мужчина сзади него застонал от удовольствия. Томми чувствовал, что член мужчины сейчас выстреливает сперму, заполняя его кишечник. Мальчик почувствовал глубочайшее удовлетворение. Один из его невидимых хозяев использовал его, и кончил внутрь него. Томми исполнил своё предназначение.

Член обмяк и вышел из его ануса. Томми услышал посмеивание и шёпот снаружи. А затем другой мужчина подступился к нему сзади, и другой член вошёл в него, твёрдый и разгорячённый в ожидании тугого и шелковистого наслаждения, которое ожидало его внутри мальчуковой дырочки.

Трахание Томми продолжалось около полутора часов. Снаружи было всего трое мужчин, которые менялись местами, трахая парня. Каждый раз, когда кто-либо из них подходил к тому, чтобы кончить, он останавливался, и давал место следующему. Они трахали его грубо и мягко, быстро и медленно, глубоко и не очень. Они трахали его так много раз, что сами сбились со счёта. И даже когда они не смогли сдерживаться и кончили один за одним в тёплые внутренности Томми, даже тогда вскоре они снова начали возбуждаться, и, один за одним, снова принялись трахать бедняжку. И только когда каждый из них кончил хотя бы дважды, они остановились.

Девушкам довольно быстро стало скучно наблюдать за этим действом. После первых двадцати минут слушания его отчаянных криков, трепетных воплей, мучительных визгов и ритмичных, бессмысленных стонов, их внимание начало рассеиваться. И в то время, как испытание Томми продолжалось прямо перед их лицами, они начали болтать и хихикать. Вид покрасневшего, заплаканного лица Томми, и то, как он дергался и выворачивался, в то время, как его насиловали — всё это не захваттило их внимания надолго. Даже вид его торчащего члена с постоянно стекавшей из него смазкой впечатлил их ненадолго. Момент, когда Томми неожиданно кончил, выстрелив спермой, и чуть не задев ею их самих, доставил девушкам пару минут радости, когда они обсуждали это и смеялись над парнишкой. Но спустя полтора часа они надёжно прилипли взглядами к экранам их смартфонов.

Они отвлеклись лишь тогда, когда Томми упал на коврик перед ними. Его истязание завершилось, и шест, державший его в ловушке, был убран. Карен и Селеста подняли его на ноги, а Тара всунула ему в руки его одежду, обувь и телефон. Любопытная и застенчивая соблазнительница исчезла, как ни бывало. Теперь Тара делала всё быстро, и без лишних слов, выставив его за дверь прямо на улицу, захлопнув и закрыв её на замок прямо за его спиной.

В полубессознательном состоянии Томми с трудом натянул на себя одежду. Он осознавал, что с ним сейчас произошло. Он понимал, что троица Неприкасаемых заманила его в ловушку и использовала для своих злобных целей. Но то, что он пережил за эти пару часов, изменило его. Он обнаружил, что внутри его было кое-что, чего он не ожидал у себя найти, и теперь уже всё не будет для него как прежде.

Он был уже на пол-пути к дому, и, ощущая в трусах теплоту от потихоньку выливающейся из его всё ещё зияющего ануса спермы незнакомцев, он вспомнил то видео, которое было запечатлено на его телефон. Видео, где он танцует с полностью голыми Неприкасаемыми. Видео, где они по очереди берут его член в рот. И, когда он пересматривал видео, довольная улыбка потихоньку появлялась на его лице. Неприкасаемые не в последний раз слышали о Томми Редклиффе!

Продолжение следует...

Дата публикации 17.09.2018
Просмотров 3561
Скачать

Комментарии

0