Клуб «Ангелы и Демоны». Глава 1

Я шёл по ночной улице, судорожно растягивая рукава балахона, чтобы не было так холодно рукам. Несмотря на то, что был самый разгар лета, ночка выдалась чертовски прохладной, а свежий воздух продирал до костей. Страшно хотелось курить. Я ни разу в жизни не брал в руки сигареты, ненавидел их едкий ужасный запах и людей, которые курят. Но сейчас навязывалось ощущение, что одна затяжка спасёт от всех проблем. Глазами я попытался отыскать хоть одно заведение, где можно было бы погреться, но на каждой двери висела табличка «Закрыто», будь то бары, пабы, магазины.

На глаза мне попалась неоновая вывеска «Ангелы и Демоны» — дурацкое название для клуба, к тому же ещё и религиозное. Заведение было открыто, оттуда доносилась музыка. На входе никого не было, поэтому я распахнул дверь и вошёл. Внутри была охрана, но они не обратили на меня никакого внимания и продолжили что-то увлечённо обсуждать. Я проскользнул к барной стойке и заказал водки. Такого напитка не оказалось, пришлось пить виски. Он обжигал язык и горло, но потом оказал приятное согревающее действие, да и по вкусу был неплох.

Мысли путались. До конца срока осталась пара дней, а я опустошен и ни одной идеи. Я писатель, но все мои книги продавались маленьким тиражом, принося небольшие гонорары. Моя поручительница была той ещё стервой и за срыв сроков уничтожала меня морально и физически. Её совершенно не волновало, что у меня творческий кризис, и она грозно пообещала оторвать мне яйца за очередной промах.

Я не знал о чём писать. Иногда доходило до того, что хотелось чем-нибудь закинуться, будь то таблетки, марки, грибы или просто травка. Всё, что угодно, лишь бы пришла крохотная идейка. Ведь все употребляют: музыканты, писатели, актёры. Но я не пробовал, да и не хотел вставать на этот путь. Денег у меня почти не было: в кошельке остались последние сто долларов и, может быть, рублей сорок — мелочью. Пойти работать я не мог, физический труд — это не моё, а в плане умственной деятельности всё, что я умел, — это писать. Девушки не было, как и денег, хотя я часто посещаю бары, рестораны, клубы, чтобы сбросить напряжение. Взять хотя бы вечер прошлого дня... Как же её звали? Кажется, Лиза... Но после не очень бурной ночи она смылась. Оно и к лучшему, девушка мне не нравилась, а ещё она храпела.

Я бы не сказал, что я разочарован жизнью, просто так повернулась судьба. Хотя... Кого я обманываю? Какая судьба? Судьбы нет, доказано Ночным Дозором и Уолтером Спэрроу из фильма «Роковое число 23». Есть только выбор — лёгкий, трудный, верный или ошибочный, но выбор. И вот, мой дерьмовый выбор привёл меня в этот клуб. Ко мне подсел какой-то парень и заказал колу со льдом. Болтать мне, честно, не хотелось, но его пристальный пытливый взгляд, изучающий меня с головы до ног, сам собой подтолкнул на разговор:

— Что? — Да нет, ничего, — улыбнулся юноша. — А что ты тогда на меня так смотришь? — Ты — натурал, да и расстроенным не выглядишь. Как же тебя тогда сюда занесло? — Что? Вот ч-ч-чёрт! Я повернулся на сто восемьдесят градусов и огляделся: ни одной девушки. Парни были буквально повсюду: они болтали, пили коктейли, танцевали, обнимались, сосались. Сам того не подозревая, погружённый в собственные проблемы, я оказался в гей-клубе, а окружающие жадно или с интересом разглядывали меня. Я, в принципе, был не против геев, но, забредя сюда по воле случая, почувствовал, что попал в слишком уж комичную ситуацию. Я повернулся к своему собеседнику:

— Погреться зашёл. — Не страшно? Любой парень давно бы уже сбежал. — Ну забрёл случайно в гей-клуб, что в этом такого? — пробурчал я и снова сделал глоток. — Будь осторожен, здесь предостаточно «охотников за натуралами». Опомниться не успеешь, как окажешься связанным и пристёгнутым наручниками к чей-нибудь кровати. — Так ты хотел ко мне подкатить?

Я наконец взглянул на своего собеседника: им оказался худой миловидный юноша со светлыми непослушными волосами и живыми зелёными глазами, которые сейчас слегка прищурились, будто смеясь. Он скорчил по-детски наивную рожицу и мило улыбнулся: — Да нет, мне просто интересно стало. Как тебя зовут? — Антон, — нехотя ответил я. — Ты симпатичный.

Эта фраза заставила меня чему-то невольно улыбнуться. Я достал из кармана небольшую записную книжку, которую всегда носил с собой, и, раскрыв её, бросил на барную стойку. Она почему-то сразу оказалась на нужной странице, где уже было заготовлено клише для новой книги. Надпись в правом верхнем углу гласила: «Автор: Энтони Кид». Наверху обозначилась ровная черта для названия. Нащупав ручку, я извлёк её оттуда же, откуда появилась книжка, и под аккуратно выведенными буквами «глава 1» записал: «Есть четыре типа клубов: обычные, для геев, для лесбиянок и совместные. Ума не приложу, как я оказался здесь...»

Юноша поднёс бокал с соком к пухлым губам, с любопытством заглянул в мою книгу и чуть не подавился. — Энтони Кид? Так это ты — Этони Кид? Афигеть! — парень откашлялся и продолжил: — Ты пишешь потрясающие вещи, никогда бы не подумал наткнуться в нашем пристанище на писателя! — Ты читал мои книги? — Все до единой. Среди нас много ценителей твоего творчества. — Не думаю, что мне приятно осознавать, что мою целевую аудиторию составляют педики, — нахмурился я, но тут же опомнился. — Извини...

— Да ничего, я привык. Просто чувства у тебя настоящие, такое сейчас мало где встретишь. Я немного задумался. Ведь я и впрямь себя всего отдавал творчеству. У меня не было человека, которого я бы мог посвятить в свои переживания, поэтому я делился ими со своими читателями. Может быть, именно поэтому книги мои нравились не многим, ведь они давили психологически, заставляли почувствовать моё одиночество. — Что сейчас пишешь? — вывел меня из раздумий парень. — Ничего. Я иссяк, как иссякает когда-нибудь любой источник энергии. Никаких мыслей, эмоций и впечатлений. Разве что про геев написать, но кто это будет читать?

Я усмехнулся, но тут же поймал на себе заинтересованный заманчивый взгляд зелёных глаз. — Девушки обожают читать любовные истории, особенно когда они написаны про симпатичных парней. — Трахающих друг друга? И где же тут чувства? — Ты думаешь, мы не способны на чувства? — с укором спросил юноша. — Нас здесь много, и у каждого своя история. Почему становятся гомосексуалистами? — Наверное, потому что разочаровываются в женщинах?

— Это активы, а пассивы? — Без понятия... — Влюбляются. — Тогда мне стоит об этом написать, — я взял ручку и приготовился выводить буквы. — Как тебя зовут? — Дэн, Денис. Ты и правда собрался писать о нас? — Девушкам это точно понравится, а мне не оторвут башку, когда придёт срок. Расскажешь свою историю, Дэн? — Писатель ведь должен знать каково это и чувствовать то же, что и его герой, ведь так? — с усмешкой спросил меня юноша.

— Желательно, но не обязательно. А что? — Да так... Поцеловать тебя захотелось. — Нет! Не надо! Даже не смей! — отшатнулся я. Не сказать, что мне было противно, просто я не хотел обременять себя ещё чем-то, кроме налетевших вихрем проблем. Да и с геями связываться не хотелось — надо было подумать о свой писательской репутации. — Хорошо, — голос Дэна прозвучал как-то слишком тихо и спокойно. — Я всё понял, не буду.

Мы немного помолчали; музыка затихла; все стали разбредаться по углам. Я обречённо вздохнул и понял, что упустил свой шанс. Захлопнув книгу, я залпом опустошил свой стакан, когда Дэн внезапно возник с другого бока и уселся за стойку. — Тебе лучше достать диктофон, — предупредил он, ожидая, пока я вытащу телефон из узких джинсов. Нажав на «Rеc», я положил его прямо перед парнем. Затем махнул бармену, чтобы тот плеснул ещё виски. Денис долго смотрел мне в глаза, пытаясь найти там то ли долю понимания, то ли интерес, а после того, как я, не выдержав, отвёл взгляд, он начал свой рассказ.

Началось всё это как обычно: жарким летним днём, после экзаменов в средней школе, когда молодая кровь кипела в жилах, а перед ними расстилались безграничные возможности. Денис с огромным облечением получил свой лист с оценками. Прогулочным шагом добрёл до холла и плюхнулся на лавку, чтобы дождаться друга. Герман появился в течение пятнадцати минут и кинул ему банку с ледяной колой: — 193 балла, ты оказался прав. Спасибо за помощь. А у тебя сколько? — 203. Теперь мы сможем поступить в один университет. — Даже на одну специальность. И мы будем лучшими друзьями навсегда, — Гера со всей искренностью обнял друга и нежно потрепал его по непослушным волосам.

Сердце Дениса бешено застучало; он почувствовал невероятный прилив счастья и радости. Не хотелось думать ни о чём. Как и планировали, они поступили в один университет на факультет масс-медиа и связей с общественностью. Студенческая жизнь не сильно отличалась от школьной: Герман всё также пользовался повышенным вниманием у девушек. Еще бы, ведь его внешность сама собой напрашивалась на комплименты: голубые глаза, тёмные волосы, накачанное тело, одевался он эпатажно, выглядел всегда неотразимо. Денис же в этом плане был скромен и аккуратен, девушки были без ума от его манер и культуры, но все отношения сводились к тому, что девушка сразу же исчезала из его жизни, как только получала то, что хотела. Поэтому Денис старался держаться подальше от женской половины населения, но, так как вокруг Геры всё время толпились девчонки, ему это не удавалось.

Денис сидел на лавочке в парке и с неодобрением наблюдал, как очередная красавица заняла всё внимание его друга. Герман впервые вился вокруг девушки, ухаживая за ней, потакая всем её прихотям. Довольный, он сел рядом с Денисом и воодушевлённо вздохнул: — Чувак, я влюбился! — Серьёзно? Ты мне это говоришь не первый раз, — с недоверием глянул на него друг. — Эта девушка не трётся у моей двери, не названивает, не говорит мне комплиментов. Её внимание мне придётся завоевать. Юля меня серьёзно зацепила. — Ну и дурак, — буркнул Денис и отвернулся.

Он был крайне недоволен тем, что его друг впервые за все эти годы проявил какую-то привязанность к другому человеку. Внутри будто что-то оборвалось, обида накатывала волнами, но Герман ничего не замечал и лишь довольно жмурился под тёплыми лучами солнца. — Эй, ну ты чего? Ревнуешь, что ли? — пихнул его Гера в бок, подмигивая. Денис встал и направился к ближайшему ларьку, лишь бы отвлечься от плохих мыслей. Он давно уже подозревал, что питает к нему нечто большее, чем обычные дружеские чувства. За столько лет Дэн так привык к обществу этого очаровательного весёлого парня, что не хотел делить его с кем-либо ещё. А новая возлюбленная Германа и вовсе стала угрожать их дружбе. Несколько месяцев Герман ухлёстывал за Юлей, каждый раз выдумывая новые, более изощренные фантастические пути к сердцу дамы. Денису же отводилась роль наблюдателя. А когда Гера наконец завоевал девушку своей мечты, то и вовсе позабыл о друге. У Дэна всегда были проблемы в общении с людьми. В отличие от Германа, он с трудом находил с ними общий язык. А теперь и вовсе остался один. Сердце его разрывалось на части при виде сладкой парочки. Нервы всё время были на пределе, он всегда ходил хмурым, иногда срывался на родителей и брата.

Так прошёл почти год. И вот однажды Герман завалился к нему домой слегка выпивший, с сигаретой в руках, хмурый и злой. К счастью, никого из взрослых дома не оказалось. Денис усадил его за стол и налил чай. — Не хочу, — хмыкнул гость, демонстративно отодвигая кружку и делая новую затяжку. — Что случилось? Ты выглядишь расстроенным. — Она меня бросила. Бросила, представляешь?! Меня ещё никто не бросал. Вот сука! — Успокойся, Гер. Что ты с собой творишь? — обеспокоился Денис. Сейчас он был несколько рад, что эта хищница выпустила из своих когтей его друга, и теперь Гера снова пришёл к нему, чтобы рассказать о своих чувствах и мыслях. Гость неожиданно встал и затушил сигарету.

— Есть что-нибудь выпить? — Есть, но я тебе не позволю. Остынь! — Я пришёл к тебе душу излить, а ты мне тут ещё приказывать будешь?! Герман направился к двери, но Денис бросился за ним и схватил его так, чтобы Гера не смог вырваться. Друг был значительно сильнее, но Дэн не сдавался. После тщетных попыток освободить хотя бы руки, Гера обречённо вздохнул и покорно застыл на месте. Так они простояли, казалось, вечность. Денис прижался к возлюбленному и с наслаждением вдыхал его аромат. — Я думал, что мы будем вместе всегда, а она сбежала к другому. — Я тоже думал, что мы будем вместе всегда, — прошептал Дэн, — а ты сбежал к ней.

Как же ему хотелось, чтобы эта секунда длилась вечно, но время неукротимо бежало вперёд, и, кажется, он уже позволил себе лишнего. Обречённо вздохнув, Денис отпустил своего друга, а Герман повернулся к нему и заглянул в тёплые зелёные глаза, полные грусти: — Прости, я совсем потерял голову. Мы с тобой практически перестали общаться... — Дело не в этом. Просто я... Он боялся во всём признаться, опасаясь того, что потеряет своего друга навсегда. Денис понурил голову, а на глаза навернулись слёзы. Он попытался скрыть их за длинной чёлкой, но Герман дотронулся до подбородка, приподнимая голову друга, и заглянул ему в глаза. — Ты чего ревёшь-то? — Потому что я люблю тебя! Кретин!

Голос сорвался на крик, но слёз больше не было, осталась лишь твёрдая уверенность в своих намерениях. Герман ошарашено смотрел на него: — Шутишь? Но Денис ничего не ответил. Просто стоял, гордо подняв голову, и молчал. — Любишь, значит? — проурчал Гера и схватил его за запястье. — Меня только что бросила девушка, и тут оказывается, что ты меня любишь?! Сейчас я покажу тебе, как я могу любить! Денис приготовился, что сейчас его будут бить, и попытался прикрыть лицо руками. Но Гера не церемонясь поволок его в спальню родителей и толкнул на кровать. Дэн уткнулся лицом в подушку и почувствовал, как с него буквально срывают штаны. Он попытался приподняться, но сильные руки с напором вдавили его в кровать. Было жарко и нечем дышать, а сердце колотилось в ожидании худшего.

Гера заломил ему руку за спину, чем заставил Дениса оторваться от подушки и встать на четвереньки. — Вот так и стой, — рявкнул парень и загремел ремнём своих джинсов. — Не надо, прошу... — прохрипел Дэн, но друг проигнорировал его просьбу. Горячие пальцы коснулись ягодиц, раздвигая их. Что-то твёрдое потёрлось о колечко ануса, а затем последовал резкий толчок. Из уст вырвался дикий крик боли и отчаяния. Зад будто разорвали надвое. Невыносимая боль пронзила всё тело. Поток слёз, хлынувший из глаз, уже было не остановить, а Гера продолжал равномерно проникать в чужое тело, с каждым разом проталкиваясь всё глубже и интенсивней. Земля уходила у Дениса из-под ног, но каждое движение друга отдавалось новой волной боли, рывком возвращая к реальности. Сопротивляться не было сил.

Всё тело покрылось холодным потом, руки дрожали от напряжения, кричать Денис больше не мог — лишь жалобно всхлипывал. Это был первый в его жизни секс, и он надеялся получить хоть немного удовольствия, потому что занимался этим с любимым человеком. Но всё, что ему доставалось — это боль, которая смешивалась с обидой, ненавистью и отвращением, отбирая все силы. Почувствовав секундное облегчение, он дёрнулся вперёд и уткнулся лицом в подушку, задыхаясь и ощущая, что мир наконец выскальзывает из его сознания, и Денис погружается в пучину вязкой успокаивающей тьмы.

За окном уже вовсю светило солнце, а некоторые лучи проникали сквозь занавески в спальню, оповещая о том, что время перевалил

о за полдень. Денис открыл глаза и посмотрел на часы: полвторого. На первые две пары он уже точно опоздал. Страшно хотелось пить. На тумбочке возле кровати кто-то предусмотрительно поставил стакан с водой. Дэн протянул руку, но кончики пальцев лишь скользнули по краю стакана. Пришлось приподняться, чтобы дотянуться до него. Тут же кольнуло в пояснице, и Денис вспомнил всё, что вчера произошло. — Вот чёрт! Оставив стакан без внимания, он снова прилёг на подушку, дабы утихомирить боль, но теперь к ней прибавилось адское жжение в области задницы. Он боялся даже представить, что с ней стало. Казалось, что её разорвали в клочья, и он больше никогда уже не сможет сидеть. В комнату тихо вошёл Гера и уселся на край кровати. Он виновато поглядел на Дениса: — Ты как? — В норме, — буркнул Дэн и попытался отвернуться, но новый поток боли заставил не совершать резких движений и вернуться в исходное положение.

— Может, поедем ко мне? Твои родители скоро вернутся... — Отвали! Гера сел ближе и дотронулся тёплой рукой до его щеки: — Прости меня, Дэн! Я правда не знаю, что на меня нашло. — Оставь меня. Гера с сожалением оглядел друга, поднялся и вышел из комнаты. Спустя пару минут Дэн услышал, как в прихожей хлопнула дверь. Нужно было выбираться из спальни родителей. С попыткой сесть болезненные ощущения добрались чуть ли не до желудка. Денис еле удержался, чтобы не рухнуть обратно в кровать. Натянув на себя простыню, он приложил немалые усилия, чтобы встать, и побрёл в свою комнату, хватаясь за мебель и стены.

Дэн медленно зашёл в ванную, забрался внутрь и включил душ. Ледяная вода хлынула в лицо, придавая ощущение бодрости и свежести. Повернув другую ручку, он сделал воду теплей и теперь с огромным облегчением размокал под тёплым потоком. Когда боль в пояснице слегка утихла, он осмотрел своё тело: задница была на месте, всё оказалось не так уж страшно, как он ожидал. Денис провёл мокрыми пальцами между ягодиц, прикосновения отозвались щиплющей болью, освежающей в памяти вчерашнее проникновение. Поднеся руку к лицу, он с отвращением обнаружил на пальцах чужую сперму в смеси с липкой почти застывшей кровью. — Козёл! Но ведь я сам этого хотел... Нет! Не так! — парень мотнул головой.

Не было ни чувства стыда, ни жалости к себе, лишь какая-то детская обида на давнего друга. После душа Денис уже более бодро дошёл до своей кровати, улёгся на живот и закрыл глаза. В замке зашаркал ключ, и в коридоре кто-то засуетился. Маленький брат тут же влетел в комнату и запрыгнул на кровать: — Братишка, вставай! Мы вернулись! — Вов, уйди, — поморщился Денис. Мать тут же заглянула в комнату: — Почему в университет не пошёл? Заболел что ли? — Я плохо себя чувствую. Забери, пожалуйста, брата и дверь закрой. — Небось бухал всю ночь, — грозно отозвался отец из другой комнаты. — Нас ведь почти три дня не было. Денис повернулся лицом к стенке и долго не мог заснуть. «Что теперь будет? Он ненавидит меня? Или я должен его ненавидеть?» Вопросы медленно таяли, а тревожные мысли сменились сном.

На следующий день он проснулся рано утром и провалялся в кровати весь день. Ближе к вечеру дверь приоткрылась, и голос матери оповестил о том, что к нему пришёл друг. Герман вошёл в комнату так тихо, что Денис вздрогнул от неожиданности, когда тот опустился на край кровати. — Как самочувствие? — Всё болит, — пожаловался Денис и повернулся к другу. — Ты меня ненавидишь? — Нет.

Гера протянул руку, чтобы дотронутся до лба, но Денис перехватил её и сжал в своих ладонях: рука была на удивление тёплой, в отличие от вечно ледяных пальцев Дэна. Друзья просто сидели и молчали, никто не хотел начинать разговор, боясь того или иного исхода. — Прости. Я бы никогда не подумал, что ты... — начал было Гера. — Я не гей, — оборвал его друг. — Просто ты мне очень дорог. — Я вёл себя, как идиот. Всему виной Юля, она просто крышу мне снесла. Ты ревновал? — Да. — Это так мило, — склонился над ним Герман.

Дэн тут же засмущался, потупив взгляд, и только крепче сжал руку друга. Он чувствовал себя виноватым за то, что не сказал другу раньше о своих чувствах, отчего ещё больше хотелось простить Геру. Ведь Денис тоже был виновен в случившемся. Возможно, если бы он признался до этого, то ничего подобного бы не произошло. — Что мы будем делать? — с опаской спросил он — Думаю, об этом обо всём стоит помалкивать. А что касается нас... Я твой лучший друг, я всю жизнь тебя знаю! Не думаю, что мне из-за этого будет неприятно находиться рядом с тобой. — Всё останется, как прежде? — Да. Всё как прежде, — Герман засиял улыбкой. — Поправляйся скорей, без тебя в универе скучно до смерти.

Через неделю Денис оправился и был уже на ногах. В университете все внезапно обрадовались его приходу. Без «умника» им всем приходилось тяжко. Герман закинул рюкзак на плечо и повернулся к соседу по парте: — Дэн, пойдём сегодня ко мне? Пивка попьём, кинцо глянем. Мне одному в пустой квартире делать нечего. После минутного молчания, Денис всё же принял предложение. Всё, что произошло неделю назад, казалось теперь далёким ночным кошмаром, который развеялся с приходом утра. Да и разве они не обусловились забыть обо всём и снова вернуться к прежним отношениям?

Его другу повезло, уже в таком возрасте он жил отдельно от родителей, самостоятельно зарабатывая на жизнь. Квартира его находилась в двух шагах от университета, и, накупив всяких вкусностей, парни развалились на огромном диване за просмотром очередного ужастика. Когда фильм закончился, Герман потянулся и, закинув руки за голову, стал наблюдать, как Денис перебирает стопку дисков в поисках очередного фильма. — Может, «Пилу» посмотрим? — Как секса хочется... — протянул Гера, пропустив слова друга мимо ушей. — Дениска, а сколько у тебя было девушек? — В плане секса ты первый.

Гера резко сел и посмотрел на друга широко распахнутыми глазами: — Я у тебя первый? В смысле парень? — Я никогда не спал с девушками, если тебя это так интересует. — Да ладно?! У тебя же была эта... как её? Саша иль Наташа, а затем Соня. Только не говори мне, что ни одну из них ты не хотел трахнуть. — Хотел, но люблю-то я тебя. Герман с ловкостью ягуара вскочил с дивана, повалил друга на пол и, оседлав его, захохотал: — То есть, меня трахнуть хотел? Признавайся, засранец. — Ничего я такого не хотел, — Денис покрылся лёгким румянцем.

Сейчас он невольно осознавал, что такое положение его крайне заводит. Да и оставаться спокойным рядом с другом он больше не сможет никогда. Но показывать это открыто он не хотел, поэтому столкнул с себя Германа и прижал колени к груди. Хозяин квартиры был менее скован и, выпрямившись в полный рост, развёл руками: — Ну вот. Теперь у меня на тебя стояк. Давно уже у меня не было секса. В узких джинсах это оказалось наиболее очевидным. Герман снял с себя футболку, уселся в кресло и с недовольной миной уставился на бугор, что обозначился в области паха. Денис зачарованно смотрел на сильное стройное тело, безупречный рельеф которого, говорил о том, что хозяин изрядное время проводил в тренажёрном зале. Он ничего с собой не мог поделать, а просто подполз к креслу и уселся в ногах у друга. Руки сами потянулись к пуговице джинсов, затем заскрипела молния. Прямо на уровне глаз Дэна из штанов появился член. Мошонка была гладко выбрита, а ко всему прочему улавливался какой-то тонкий аромат духов (видимо, к такому исходу событий Герман всегда был готов).

Юноша слегка подался вперёд, но Гера тут же его остановил: — Дэн, может, не надо? — Если тебе неприятно, закрой глаза и представь, что я девушка. — Боюсь, что тебе может быть неприятно. Но Денис уже не слушал. Тонкими пальцами он обвил ствол и слегка прикоснулся языком, будто пробуя на вкус, а затем облизал головку и заглотил член. Никакого отвращения он не почувствовал — это лишь возбуждало, а Герман откинулся на спинку кресла, закрыв глаза и тяжело дышал, что только подстёгивало

доставить ему ещё больше удовольствия. Дэн постепенно наращивал темп. — Я больше не могу! — выдохнул Гера и отстранил приятеля.

Тёплая сперма полилась в его ладонь. Встав, он застегнул ширинку и удалился в ванную, чтобы помыть руки. Денис остался сидеть на полу возле кресла. Когда Герман вернулся, во взгляде его читалась усталость и какая-то невиданная ранее нежность. Денис готов был прыгать и вилять хвостиком, как собачонка, когда друг ласково погладил его по голове. — Спасибо, — Гера протянул руку, чтобы помочь другу встать. Денис выпрямился и тут же получил страстный поцелуй от друга. Губы его были горячими, а язык настойчиво вторгался внутрь, отчего Дэн сходил с ума. Голова шла кругом, чувства готовы были выплеснуться наружу — так его ещё никто не целовал. Когда Герман высвободил его из объятий и отошёл к окну, Денис ещё долго не мог прийти в себя. Часы пробили полночь. Это тут же вывело его из замешательства:

— Мне пора домой. — А я думал, ты останешься на ночь. — Завтра в универ, нужно взять учебники и спортивную форму. Герман обернулся и сел на подоконник: — А то мне так одиноко... — Прости, но я должен идти. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Дэн. Герман закрыл за ним дверь. Денис на автомате дошёл до дома. Всю дорогу мысли в голове путались, а в памяти вновь и вновь возникали яркие впечатления от поцелуя. Когда он наконец пришёл домой, все уже спали. Проскользнув в свою спальню, он, счастливый, бухнулся в кровать и тут же заснул.

На следующий день Герман пришёл в университет лишь к середине третей пары. На физкультуре им также не удалось поговорить. Они встретились в мужской раздевалке. Денис стянул с себя футболку и обратился к другу: — Как спалось? — Плохо, уснул лишь под утро, — пожаловался Гера. — Сегодня я устраиваю вечеринку, придёшь? — Не люблю вечеринки. — Ну пожалуйста! — скорчил жалобную рожицу парень. Уговаривать его друг умел, поэтому Денис неохотно согласился, и они вдвоём отправились в магазин за покупками.

На вечеринке было полно народу и выпивки, громко играла музыка, все танцевали, шумели и веселились. Денис сидел в кресле и наблюдал, как все бродят туда-сюда. К нему подсела девушка, но он проигнорировал её слова и снова погрузился в мысли. Герман, как всегда, был общителен, сновал между гостями, заигрывал с девчонками, но пить отказывался. В полночь в дверь позвонили соседи. Пришлось выключить музыку и спровадить гостей. Денис помог убраться и уже собрался уходить, но друг остановил его: — Сегодня ты ночуешь у меня. Завтра суббота, в универ не надо, можно спать до обеда и к тому же поздно уже, а одного я тебя на улицу не пущу. Тебе разобрать здесь на диване или в спальне на полу?

— На полу. Жарко ведь. Денис скинул сумку с плеча и пошёл в ванну, умывшись ледяной водой, он немного охладил свой пыл. И на что он надеялся? Естественно, в свою кровать его бы Герман не пустил, ведь они всего лишь друзья. Да и что между ними может быть, если они оба парни? Раздевшись, он улёгся на приготовленное ему место на полу. Герман распахнул окно, лёг в кровать и выключил свет. Прохладный ветерок стелился по полу и приятно освежал, но мрачные мысли не давали покоя. Дэн лежал на спине, уставившись в потолок, и слушал тишину. Промучившись так около часа, он закрыл глаза и попытался уснуть. — Дэн, ты спишь? — с кровати над ним навис Гера.

— Не сплю. — Иди ко мне, — позвал его друг и тут же исчез. Денис не верил своим ушам. С восторгом он вскочил с пола и забрался на кровать. Гера, подперев рукой голову, осмотрел друга с ног до головы и улыбнулся. — Я не могу поступать с тобой так, как обычно поступаю с девушками. Всё-таки ты — мой друг, и вчера ты сделал мне приятно. Я не уверен насчёт своих чувств к тебе, но хочу отплатить тем же. Он сел и вплотную приблизился к другу. Денис чувствовал его горячее дыхание, а сердце бешено стучало. Герман продолжил: — Я много раз занимался анальным сексом с девушками и знаю, как доставить тебе удовольствие. Надеюсь, ты не против? Денис почувствовал, как мурашки побежали по коже — страх овладел им. Он совсем не рассчитывал снова терпеть боль. Ему просто хотелось поваляться рядом с ним в постели, понежиться в объятиях друга.

— Денис? — потребовал ответа Гера. — Я... — Это не первый раз, боли не будет, обещаю, — он нежно коснулся щеки и поцеловал мягко не настойчиво. Денис запустил руки в его жёсткие волосы и растаял от поцелуев, сыплющихся один за другим. Ему пришлось просто подчиниться, когда Герман уложил его на спину и стянул с него трусы. Покопавшись в ящике тумбочки, друг выудил оттуда какой-то пузырёк, выдавил жидкость на пальцы, и осторожно провёл ими между ягодиц. От одних только прикосновений сильных рук хотелось стонать, но Денис сдержал порыв и стыдливо свёл ноги.

— Эй! Ты мне веришь? — спросил Гера, просовывая руку между бёдрами и заставляя друга их раздвинуть. Помедлив, юноша всё же кивнул и расслабился. Герман колебаться не стал, стянул с себя остатки одежды и приступил к действию. На этот раз боли не было лишь неприятные ощущения, которые вскоре растаяли в трепетном наслаждении. Партнёр был достаточно опытен и двигался медленно, мягкими толчками сантиметр за сантиметром проникая внутрь. А когда добрался до простаты, Дэн тихонько застонал и лёгкая дрожь пробежала по всему телу. — Нравится, Дениска? — склонился над ним Гера для поцелуя. — Да! — выдохнул Дэн ему в губы.

Гера улыбнулся и слегка ускорил темп, заодно обвивая пальцами и лаская плоть друга. Теперь Денис и сам стал немного подмахивать ему тазом, толкаясь в тёплую руку и тихо постанывая. Такого он ещё никогда не испытывал в своей жизни. Он был на пределе, каждое нервное окончание посылало приятные импульсы в мозг, а удовольствие волнами разливалось по всему телу. Оргазм нахлынул внезапно и полностью поглотил Дениса, отрывая от реальности. Из уст вырвался крик наслаждения, он почувствовал, как Герман навалился на него всем телом, а внутрь хлынула горячая жидкость. Дэн протянул руки и пальцами впился в широкую мускулистую спину Геры, прижав его к себе. Усталость и умиротворение сменились крепким спокойным сном.

Денис проснулся на груди у Германа и сладко потянулся. Гера давно уже не спал и явно не хотел его будить. Когда взгляды их встретились, Дэн сладко потянулся и зевнул. — Доброе утро, — промурлыкал Гера и провёл рукой по светлым волосам. — Доброе, — словно эхом отозвался друг. — Давно не спишь? — Часа два. Я всё думал о тебе. — И что же ты надумал? — Я тебя люблю. Денис резко сел и шокировано взглянул на друга. Он ожидал всего, кроме этих слов. Но Гера прижал его к себе и продолжил: — Я бы тебя никому не отдал, а если бы у тебя появилась девушка, то я тут же отбил бы её и бросил. Я ведь так уже делал, когда ты стал с Аней встречаться. Наверное, я ревновал. Мне ведь хорошо с тобой, ты меня понимаешь, мы знаем друг о друге абсолютно всё, и в сексе ты просто восхитителен. А ещё, ты делаешь потрясающий минет. В общем, в таком случае логично предположить, что я люблю тебя.

Дэн прижался к его груди и зажмурился, затем снова распахнул глаза. Это не сон. Всё было реально. Герман молча ожидал ответа. — Я тоже тебя люблю! — заглянул ему в глаза Денис. Сейчас он был счастлив, как никогда. — И хочу, чтобы мы были вместе всегда-всегда! — Обещаю, так и будет, — Герман был твёрд в своих намерениях. Денис утонул в его объятиях и теперь точно был уверен, что больше он не отпустит его никогда. Но в этой жизни не всё так просто...

Дата публикации 17.09.2018
Просмотров 1979
Скачать

Комментарии

0